И
стория учреждении
7 6
«текучку кадров», уже с самого
начала существования гимназии в
штате появились преподаватели, на-
долго связавшие с ней свою судьбу
и профессиональную карьеру. Так,
с 1808 по 1821 год, до своей смерти
«от жестокой горячки», прорабо-
тал учитель немецкого и гувернер
Федор Каттерфельд, с 1806 по 1823
год - гувернер Франц Демонтель,
с 1806 по 1825 год - учитель фран-
цузского и немецкого чистописания
Карл Энгельбах, с 1806 по 1817
год - учитель немецкого и инспек-
тор пансиона Федор Миддендорф
и другие15. Некоторые иностранцы,
поступив на службу, находили в
России свою вторую родину: при-
нимали российское подданство,
обзаводились имуществом, связями,
покровителями, семьями.
При новом попечителе округа,
графе С. С. Уварове, занявшем
свой пост в 1810 году, стали больше
внимания обращать на профес-
сиональную подготовку педагогов.
На самом деле еще в 1797 году
появился высочайший указ, пове-
левший «учителей из иностранцев
без свидетельств и аттестатов о
знаниях их никому в домах своих
не держать и школ им не иметь».
Однако это распоряжение касалось
только тех, кто работал приватно. В
1812 году было предписано, чтобы
«ни в какой губернии.
.. не было учи-
телей, не имеющих о способностях
и знаниях своих свидетельств от
Российских учебных заведений»16.
Таким образом, в бумагах, по край-
ней мере, нескольких учителей
Санкт-Петербургской губернской
гимназии появились сведения о том,
что они держали экзамен и получали
свидетельствовавший об этом атте-
стат, либо давали пробные уроки17.
Тем не менее в целом это мало по-
могало делу: в 1817 году министр
сообщал императору, что, несмотря
на все усилия правительства, «число
людей, могущих с честью и с поль-
зою заниматься преподаванием, еще
весьма ограниченно, со включением
даже и тех иноземцов, кои на сей
конец по воле Вашего Величества
призваны»18. Проблема подготовки
преподавательских кадров про-
должала оставаться актуальной и к
началу 1820-х годов, когда учебное
начальство потребовало предоста-
вить «сведения обо всех учителях.
..
в казенных и частных заведениях
состоящих, и удостовериться в том,
что они точно были испытаны.
..»19 В
целом уровень преподавания немец-
кого и французского (а именно эти
предметы чаще всего преподавали в
гимназии иностранцы) был необы-
чайно низким, многие преподава-
тели либо совсем не знали русского
языка, либо говорили очень плохо,
так что ученики их не понимали.
Процесс изучения иностранных
языков сводился в результате к «за-
далбливанию» грамматических кон-
струкций, смысл которых молодые
люди постигали с большим трудом.
Выходя из гимназии, ученики (за
редким исключением) совершенно
не владели навыками разговорной
речи, с большим трудом могли
писать и читать. Те, кому это было
необходимо, доучивали немецкий и
французский уже на институтской
или университетской скамье.
Более квалифицированные
педагоги были в Петербурге нарас-
хват. Одним из них был И. А. Тилло,
принятый на службу в гимназию в
1815 году20. По свидетельству оче-
видца, проэкзаменовав учеников,
переходивших в V класс, он говорил
им: «Господа! Даю вам два месяца,
чтобы забыть все то, чему вы до сих
пор научились, потому что только
тогда я могу начать преподавать вам
французский язык»21. Другой мему-
арист утверждал, что Тилло «учил в
университете, лицее, благородном
пансионе.
.. во многих частных до-
мах и так был занят уроками, что
ему даже для обеда не оставалось
времени: часто видели, как он за-
кусывал в дрожках, переезжая из
одного дома в другой на урок»22.
При этом из формулярного списка
Тилло видно, что он не занимал
никаких высоких постов, вступил в
российскую службу канцеляристом
в Третьем департаменте Сената и до
определения в гимназию работал
учителем французской словесности
в Горном Кадетском корпусе. Только
в 1820 году было подано прошение
о вознаграждении Тилло званием
адъюнкт-профессора23.
Предметом особых забот по-
печителя С. С. Уварова, считавшего
классические языки основой об-
разования, был поиск
«дельных»
латинистов и знатоков греческого.
В 1811 году на службу в столичную
гимназию поступили 30-летний
доктор философии из Бранден-
бурга Иоганн Фридрих Гедике и
60-летний советник парижского
монетного двора, член Академии
надписей и изящных наук профес-
сор Баллен де Баллю. Гедике благо-
даря уговорам Уварова несколько
лет совмещал обязанности старшего
учителя гимназии с безвозмездным
преподаванием латинской словес-
ности в столичном Педагогическом
институте. Как вспоминал сенатор
К. И. Фишер, учившийся в те годы
в гимназии, ученый латинист «знал
все школьные проделки, знал, что
воспитанники держат тетради на
коленях, чтобы с ними советовать-
ся, или пишут на ладони то, чего не
заучили, что вместо переводов пере-
фразируют готовые напечатанные
переводы латинских писателей, и,
чтобы не быть жертвою обмана,
принял странные обряды: садился
на стол кафедры, свеся ноги, прика-
зывал всем опустить руки под стол
и прислониться грудью к столу; все
это по смешной команде, дурным
русским выговором: Книги в стол!
Руки под стол! Тело к столу!» Ме-
тодика преподавания латыни (как,
впрочем, и других языков) заклю-
чалась прежде всего в буквальном
переводе оригинальных текстов
«слово в слово». По утверждению
мемуариста, например, фразу «Cer-
tatum fuit secunda re», означавшую
«сражение было счастливо», следо-
вало переводить как «сражено было
второю вещью», т. е. удерживая
слова и формы подлинника». Учи-
тель «не допускал перевода Manlius
Torquatus словами Манлий Торкват
или Манлий, украшенный золотою
цепью», ему очень понравился пред-
ложенный учениками из озорства
вариант Манлий Золотоцепной.
Когда Гедике объяснили, что «цеп-
ными называют только собак, то он
прехладнокровно отвечал: “Пусть
лучше Манлий будет собака, чем
учитель - осел”. Он имел в виду, что
учит.
.. не русскому красноречию,
а формам латинского языка.
..»24 В
1817 году Гедике, видимо, сделал
окончательный выбор в пользу
института и поступил на место
адъюнкт-профессора, оставив гим-
назию25. Баллен де Баллю вступил
в российскую службу еще в 1803
году, восемь лет занимал должность
ординарного профессора греческой
словесности Харьковского уни-
верситета, три раза был деканом
факультета словесности и инспек-
тором казенных воспитанников,
издал французскую и латинскую
История Петербурга. № 6 (58)/2010
предыдущая страница 75 История Петербурга №58 (2010) читать онлайн следующая страница 77 История Петербурга №58 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст