И
стория учреждении
7 8
Здание бывшей Третьей мужской гимназии, Соляной пер., д. 12.
Ныне - 181-я школа Центрального района
отделение и туда же возвращались
документы бывшего служащего42.
В 1828 году Министерством на-
родного просвещения был обнародо-
ван новый Устав учебных заведений.
В соответствии с его требованиями в
Санкт-Петербурге впервые должны
были открыться сразу три казенные
мужские гимназии43. Первая была
преобразована из Благородного
пансиона при университете (Ива-
новская, ныне Социалистическая,
улица, дом 7), Вторая - из Высшего
училища (Казанская улица, дом 27),
а Третья - из Санкт-Петербургской
гимназии (Соляной переулок, дом
12). Через несколько лет, в 1836
году, на Васильевском острове
появилась Четвертая гимназия
(6-я линия, дом 15), а в 1845 году
в петербургской Коломне - Пятая
гимназия (Екатерингофский, ныне
Римского-Корсакова, проспект, дом
73). Документы свидетельствуют,
что в 1830-1850-х годах доля ино-
странных учителей в штате мужских
учебных заведений по-прежнему
была велика и составляла в среднем
60-70 %
. Кроме того, из 23 дирек-
торов и инспекторов гимназий 14
были немцами44.
Министерство народного про-
свещения попыталось поставить за-
слон на пути устройства в казенные
учебные заведения и частные дома в
качестве учителей иностранцев, «не
посвящавших себя в своем отечестве
воспитанию юношества». Предпола-
галось, что к педагогической службе
не должны допускаться фехтмей-
стеры и ремесленники, «ибо в них.
..
нельзя предполагать требующихся
от наставников познаний и образо-
ванности». 12 июня 1831 года вышел
императорский указ, в соответствии
с которым российские миссии за
границей должны были «внушать
иностранцам», чтобы они имели
необходимые документы о своем
состоянии, образовании, вероиспо-
ведании и поведении. Кроме того,
от российских дипломатов требова-
лось собирать информацию о таких
людях, а «неблагонадежным или
подозрительным вовсе не выдавать
паспортов на отъезд в Россию»45.
Тем не менее сведения о наличии у
иностранных педагогов какого-либо
образования по-прежнему обнару-
живаются далеко не всегда. Оче-
видно, это обстоятельство не могло
укрыться от гимназистов: один из
мемуаристов, учившийся во Второй
гимназии, отмечал, что учителями
новейших языков и гувернерами
были «по большей части люди без
всякого образования и занимали эти
должности потому, что умели объ-
ясняться на одном из иностранных
языков», другой утверждал, что они
были «невежественны», «пошлы»
и «грубы», третий называл их «не
кончившими нигде курса, ничему.
..
не учившимися и ничего не знавши-
ми»46. Им вторит и бывший ученик
Первой гимназии А. Г. Авсеенко:
«иностранцы.
.. почти поголовно
люди без всякого образования.
Крайним невежеством поражали
в особенности французы. Один из
них, бывший барабанщик великой
армии.
.. преподавал в первом классе
французский язык и не мог попра-
вить ошибок в диктовке, не загляды-
вая в книгу»47. Опыт педагогической
службы до поступления в гимназии
имели уже от 20 до 50 %
педагогов,
но это не являлось автоматической
гарантией их профессионализма. Не
случайно мемуаристы изумлялись,
«откуда набрали этих чудовищных
воспитателей, не имевших не только
никакого понятия о педагогии, но
даже о какой-либо нравственности
или простой обыкновенной поря-
дочности»48. Начальство гимназий
нередко испытывало проблемы
с дисциплиной преподавателей,
чаще всего заключавшиеся в не-
явке на службу без уважительной
причины49. Кроме того, сохранялась
бурная «текучка кадров»: в течение
первых пяти лет покидали работу от
40 до 54 %
учителей и гувернеров.
Присяга на подданство Россий-
ской империи от иностранцев не
требовалась, «если сами не пожела-
ют оной принять», но в этом случае
они по-прежнему не пользовались
правами действительной службы и
получали жалованье по найму50. В
случае отъезда в отпуск за границу
такой комнатный надзиратель, на-
пример, не мог оставаться в долж-
ности с выплатой жалованья. По-
печитель округа в этой связи писал
директору Второй гимназии, чтобы
тот «на будущее время» предпочи-
тал брать в гувернеры «преимуще-
ственно русских подданных»51.
Для утверждения в чине ино-
странцы должны были проработать
в должности не четыре, а двенадцать
лет52. Для представления к знаку
отличия беспорочной службы чи-
новников, имевших иностранные
фамилии, требовалось сведение об
их подданстве53. Несмотря на все
эти ограничения, количество ино-
странцев, принявших присягу, было
невелико (по разным гимназиям от
4 до 18 %). Очевидно, большинство
из них по-прежнему не рассматрива-
ло свою службу в России в качестве
долговременной перспективы.
В 1840-1850-х годах в связи
с революционными событиями в
Европе надзор за иностранными
подданными усилился. В случае
История Петербурга. № 6 (58)/2010
предыдущая страница 77 История Петербурга №58 (2010) читать онлайн следующая страница 79 История Петербурга №58 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст