л о к а д а Л е н и н гр а д а
М ои воспоминания о блокаде'
А.
Ф. Серов
6 6
В начале зимы подшил ее вален-
ки куском от транспортерной ленты
и теперь думал, что из-за этого они
стали скользкими. Оторванную ею
доску я должен был убрать из-под ее
ног, но не успел (или не смог).
За период болезни матери съе-
ли все, что имело смысл варить
и жевать: обойный и столярный
клей, кожаные ремни, шкуру, кости,
какие-то орешки, покрытые ватой,
от которых нас сильно тошнило.
Полмешка этих орешков мать вы-
меняла на какую-то вещь, когда
ходила в город.
Работоспособность организма,
видимо, была на исходе, так как
стали страдать от запоров. Запор
считался менее опасней поноса, но
было мучительно и больно при ис-
полнении потребности. При особо
тяжелых случаях мать выковыри-
вала у нас кал, хотя выходило его
с козью «горошину». Сама же мать
мучилась до изнеможения, но по-
мочь себе не позволяла. От этих
запоров задние проходы были в
трещинах, из которых постоянно
сочилась кровь.
В дни обсуждения судьбы
Джульбарса мать из-за болезни
совсем ослабела и опухла. Я лежал
дистрофиком в постели. Свободно
просовывал пальцы рук во внутрь
тазобедренных суставов, не ощущая
боли. Казалось, что ноги в коленках
разделились. Все это меня удивляло.
Каким был внешне, не знаю, а сестра
походила на человекоподобное
существо, но держалась на ногах и
продолжала ходить в магазин для
отоваривания карточек, если что-то
выдавали.
Джульбарс в последние дни
своей жизни не отходил от моей
кровати. Положит голову на мою
подушку рядом с моей головой,
смотрит мне в глаза и плачет. Ка-
залось, просил у меня защиты или
прощался. После моего согласия на
его убийство стал проявлять бес-
* Окончание. Начало в № 6 (58), 2010.
покойство. Временами порывался
прятаться под кровать: ляжет на
пол и ползет под нее, а сам смотрит
на меня и скулит. Слезы струйкой
текли из глаз. Только скроется
его голова под кроватью, сразу же
обратно пятится задом. Так по не-
скольку раз подряд. Потом опять
клал свою голову рядом с моею и
тихо-тихо поскуливал. Создавалось
впечатление, что он просит спрятать
его под кроватью. Наблюдавшая это
мать дня два не решалась пойти к
соседу, предлагавшему свою услугу
за часть «туши» моего друга.
Когда сосед вошел в прихожую,
Джульбарс заскулил громче, хотя не
видел его. Несколько раз пробовал
заползти под кровать, потом все-
таки спрятался. Когда сосед вошел
в комнату, но еще ничего не сказал,
Джульбарс, тихо подвывая, пополз
к нему. Соседу не потребовалось
брать его за ошейник: он сам пошел
за ним, посмотрев на меня и, как мне
показалось, качнул головой. Так же
спокойно он принял свою смерть, о
чем сказал сосед, выражая удивле-
ние: «Даже курица сопротивляет-
ся». Пожертвовав собою, Джульбарс
спас нас троих (сосед вскоре умер от
голода. Его нашли в гробу, который
он делал кому-то по заказу).
С тех пор я убежден, что живот-
ные, особенно собаки, не только по-
нимают нас, но и имеют способность
к анализу и самопожертвованию.
Джульбарса съели без отбросов.
Благодаря ему мать немного опра-
вилась, а я стал садиться в кровати.
Видимо, организм человека обла-
дает большой жизнеспособностью,
если ему достаточно в критический
момент очень маленькой поддерж-
ки, чтобы мобилизировались остат-
ки сил для сопротивления смерти.
Но я тогда не испытывал радости.
К тому же мне было досадно, что не
мог ходить, а так хотелось отнести
Гале кусочек от своей доли. Я не
знал, что ее уже не было в живых.
Нашему спасению помогла и
случайность.
При поиске дров (к тому време-
ни сожгли в комнате все) мать обна-
ружила в сарае дощечки, вмерзшие в
ледяную глыбу. Отодрав несколько
дощечек, хотела очистить их от льда,
но не смогла, поэтому принесла в
комнату обледенелыми. Через неко-
торое время в комнате возник запах
квашеной капусты. «Исследования»
выявили, что дощечки - от бочки,
в которой была капуста, а лед - за-
мерзший рассол, очевидно, с водой.
Каково соотношение рассола и воды
было в нем, неизвестно, но мы реши-
ли использовать его для еды.
Вскоре мы почувствовали
огромную пользу «льда»: у матери
значительно уменьшилась отеч-
ность живота и ног; я стал вставать,
хотя ноги были слабыми; прибави-
лось сил у сестры; у всех резко ослаб
запор, что нас очень обрадовало.
Матери показалось, что она
окрепла настолько, что может воз-
обновить походы в город для поиска
работы. Уходила она рано, приходи-
ла поздно, выбившись из сил и го-
лодная. Мы помогали ей раздеться
и поили теплым рассолом.
Новые походы увенчались успе-
хом. В ноябре (декабре) ее приняла
на хлебозавод, однако высказали
сомнение о ее способности ходить
на работу (километров семь-восемь)
и работать.
К тому времени выдавали хлеба
по 125 граммов на детскую и ижди-
венческую карточку.
По случаю приема матери на
работу мечтам не было предела. Она
решила, что, работая на хлебозаводе,
будет сыта, а ее рабочая карточка
останется нам. Но оказалось, что за
обед, выдаваемый рабочим, из кар-
точки вырезают талоны, а ее работа
не связана с хлебом, хотя и работала
в тестозаготовительном цехе. Те-
стом тогда там называли «кашицу»
из размоченного в чане картона,
который составлял основную часть
выпекавшегося хлеба. Добавляемые
в «кашицу» дуранда и мука произво-
История Петербурга. № 1 (59)/2011
предыдущая страница 65 История Петербурга №59 (2011) читать онлайн следующая страница 67 История Петербурга №59 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст