п
о в р е м е н н ы е м е м у а р ы
режимом, претендующим на господ-
ство во всем мире). Поэтому лозунг
писателя Ильи Эренбурга: «Убей
немца!» мне представляется глубоко
ошибочным. Нельзя таким нелепым
способом ставить под сомнение
целесообразность существования
на земле целого народа! А как бы
сам И. Эренбург прореагировал на
лозунг: «Убей еврея!»? Ведь не каж-
дый немец был фашистом. Точно так
же, как и не каждый еврей является
сионистом, борющимся за мировое
господство! На своем веку я по-
видал много порядочных немцев,
да и сам состоял с ними в родстве.
Когда в начале войны всех немцев
выселили из немецкой колонии на
правом берегу Невы из деревни Са-
ратовки, то это совсем не означало,
что все они ракетчики, фашисты и
шпионы. Но обезопасить пребыва-
ние в Неве военных кораблей было
необходимо. Папин друг детства и
товарищ по ЛПИ* и по работе на за-
воде «Большевик», немец инженер
Зинфельд был кристально честным
и глубоко порядочным человеком.
С завода «Большевик» в войну он
был уволен по условиям режима
оборонного предприятия и пошел
работать в управхозы. Его семья
тоже эвакуировалась в Новоси-
бирск с оборонным ЛОМЗом, а он
остался в блокадном Ленинграде
вместе с домработницей, финкой
Настей. Другие управхозы (за
счет добра умерших) не только вы-
жили, но даже еще разбогатели на
антиквариате. А вот Зимфельд был
настолько честен, что умер от го-
лода! Две мои двоюродные сестры,
немки наполовину, Муся и Ляля,
всю войну были на Ленинградском
фронте - воевали с фашистской
Германией. Не виноваты и те сугубо
гражданские немецкие интеллиген-
ты, которые в конце войны попали
под тотальную мобилизацию Гит-
лера. Один такой военнопленный,
бывший немецкий учитель, времен-
но работавший на земляных работах
у завода «Светлана», частенько не
от хорошей жизни приходил в дом
к моей маме за подаяниями и про-
сил: «Дате закушайт». Мама, хотя
и сама пребывала в нужде, никогда
не отказывала в милостыне, дели-
лась, чем могла, и зла из-за безвре-
менной кончины отца на рядовых
немцев не держала.
Но не всех немцев выселили
тогда из Пиллау, были и редкие
исключения. Например немец, вла-
делец трех буксиров, за услуги, ока-
занные Красной армии при взятии
Пиллау, был остановлен в городе
вместе с женой и двумя взрослыми
сыновьями. Ему даже оставили
один (лучший) из его буксиров, на
котором он жил со своей семьей, и
предоставили работу: перевозить за
деньги военнослужащих из Пиллау
на косу Фришнерунг. Но однажды
ночью они тайно попытались уйти в
Швецию, но были задержаны сторо-
жевым кораблем в море. За семь лет
службы на флоте это было не един-
ственное ЧП, которое мне врезалось
в память. Однажды в наших водах
была задержана комфортабельная
шведская яхта, которая якобы сби-
лась с курса. Ее отбуксировали в
Пиллау, и я ее видел. На этой яхте
было обнаружено современное на-
вигационное оборудование, слож-
нейшая радиоаппаратура и новей-
шие средства ведения разведки. Это,
конечно, заслуга наших дозорных,
наших сторожевых кораблей, но
были и явные упущения по линии
службы обнаружения (СНиС). Так,
например, сбежавшие из-под след-
ствия два матроса (сняли на пирсе
часового) угнали в море при полном
вооружении дежурный торпедный
катер. Спохватились, когда он на
полном ходу (45 узлов) проскочил
СНиС и вышел в Данцигскую бухту.
Но там случилось непредвиденное.
..
Двигатель заглох, и катер завертел-
ся на месте. Расстреливать его не
стали, так как один из преступников
сам застрелился, а другой пытался
доплыть до берега и был задержан.
Бывали истории и попроще. Коре-
ша на морском берегу в подпитии
крепко заснули, а новейший экс-
периментальный теплопеленгатор
сгорел. Хорошо, что сами вовремя
из него выскочили и уцелели. По-
луодетые и всклокоченные, они
сидели у пепелища и нервно почесы-
вались. А как-то ночью штормило,
и самоходную десантную баржу
выбросило на камни. Матросы с
ближайшей немецкой батареи, ко-
торую они обслуживали, сплавали
на баржу. Никого там не обнару-
жили. Привезли оттуда шмотки и
поделили между собой. А наутро к
ним пришли в одних тельняшках
и трусах матросы с баржи и слезно
просили вернуть шмотки, что и
было немедленно сделано. Часто
на побережье косы Фришнерунг
и гор. Пиллау после штормов вы-
мывались проржавевшие немецкие
химические боеприпасы (бомбы и
снаряды) с желто-черной окраской.
Поговаривали, что это с немецкого
транспорта, затонувшего у остров
Борнгольм и растревоженного ак-
валангистами, искателями ценных
сокровищ. Поскольку были случаи
отравлений, то матросы на этом на-
правлении вынуждены был нести
патрульную службу.
Запомнилось и то, что после
взятии Пиллау в подвалах гостини-
цы «Золотой якорь» кроме немец-
ких трупов почему-то было много
трупов лошадей. А в военной гавани
подняли затонувшую немецкую
подводную лодку, но, к сожалению,
* ЛПИ - Ленинградский политехнический институт. -
Ред.
7 3
История Петербурга. № 1 (59)/2011
предыдущая страница 72 История Петербурга №59 (2011) читать онлайн следующая страница 74 История Петербурга №59 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст