ностранцы в Петербурге
18
ключить мир с турками». Джонс и
далее продолжал зондировать почву
в этом направлении, но успеха не
добился37.
Таким образом, Поль Джонс
был первым американским моряком
на русской морской службе. Он
стоял у истоков дружбы и взаимопо-
нимания двух государств. Одним из
первых он высказывал предложения
о дружественных и торговых отно-
шениях между ними.
Последние месяцы пребывания
Поля Джонса в России были омра-
чены хитрой интригой, жертвой
которой оказался отважный моряк.
Французский посланник в Петер-
бурге граф Л. Сегюр впоследствии
вспоминал: «Враги его завидовали
человеку, которого они считали
бродягой, бунтовщиком и корсаром,
и решились его погубить. Клевета
была возведена на него подлым за-
вистником, и конечно - напрасно.
Приписывали ее английским
офицерам и купцам. Хотя англичане
и не скрывали своего нерасположе-
ния к Джонсу, но не следует всех их
заподозревать в низкой каверзе, ко-
торая была делом двух или трех лю-
дей, оставшихся неизвестными»38.
В конце марта 1789 года Джонс
был обвинен в насилии над бедной де-
вушкой. Дело по обвинению Джонса
производилось вначале Петербург-
ской управой благополучия, затем
было передано в Адмиралтейств-
коллегию. Действенную помощь
ему оказал граф Сегюр, с жаром
выступивший в его защиту и су-
мевший раскрыть эту провокацию.
Сегюр покровительствовал Джонсу
еще при приезде его в Петербург:
«Я участвовал в войне за Америку, и
всякий американец казался мне рат-
ным товарищем. Притом Джонс был
подобно мне член общества Цинци-
ната и поэтому я считал себя вправе
представить его государыне»39.
Он «заступился за Джонса как
друг, но и как представитель француз-
ского короля, который рекомендовал
Джонса императрице, и в некоторой
степени ручался за него». Он еще
прибавил, что «французский король
несколько лет тому назад пожаловал
Джонсу орден, который давал ему
рыцарское достоинство, и следова-
тельно, всякое оскорбление, нанесен-
ное ему, было личным оскорблением
короля». Императрица согласилась со
справедливостью всего, что рассказал
ей Сегюр40.
Граф Сегюр, французский посол
при русском дворе.
С гравированного портрета,
приложенного к французскому
изданию его «Записок». 1826 г.
Дело по обвинению Поля Джон-
са до суда не дошло, обвинение не
было доказано, но организаторы
этого скандального дела все же до-
бились цели скомпрометировать ад-
мирала, сами же при этом остались
в тени. Джонсу было приказано не
появляться при дворе; закрылись
перед ним двери всех знатных домов
Петербурга.
В мае 1789 года по поручению
Екатерины II Джонс произвел реви-
зию Балтийского флота в Свеаборге.
Ревизия продолжалась около 15
дней, адмирал сильно простудился, а
по возвращении в Петербург заболел
воспалением легких. По-видимому,
Джонс простудился при осмотре ко-
раблей, причем он подвергался влия-
нию сырого и испорченного воздуха
в трюмах. После воспаления легких
он уже не излечился, с тех пор уже
не был здоровым человеком. Врачи,
которые лечили его, советовали ему
уехать из Петербурга до наступления
холодов. Будучи в возрасте 43 лет, он
имел теперь вид 60-летнего старика.
Лишь ценой заметных усилий он с
трудом сохранял оживленное выра-
жение лица и воинственный вид, ко-
торые ему были свойственны ранее.
Не было прежнего огня и блеска в его
глазах. Здоровый, загорелый цвет его
лица сделался землистым. Когда-то
черные как смоль волосы его пореде-
ли, поседели. Признаком упадка сил
была и перемена в голосе. Прежний
его сильный и звонкий голос сде-
лался хриплым. Речь его постоянно
прерывалась частым кашлем. Так
описывает Джонса перед отплытием
из России граф Сегюр41.
Получив отпуск на два года с
сохранением адмиральского содер-
жания, Поль Джонс в августе 1789
года уехал из России, оскорбленный
тем, что длительный отпуск был ему
предоставлен в военное время. Из
письма Екатерины II (май 1791 г.):
«А этот отпуск на два года был дан
господину Полю Джонсу для того,
чтобы он мог уехать и тем самым
прекратить распространение по-
зорящих его слухов в связи с воз-
буждением против него судебным
делом о растлении малолетней.
Этот факт совсем не делает чести
его превосходительству, ни его
гуманности, ни справедливости и
благородству. И помимо всего из-за
этого небольшого штриха было бы
трудно сыскать хоть одного моряка,
который бы согласился служить под
командованием контр-адмирала»42.
Три последних года жизни Джонс
провел в Париже - центре бурных
революционных событий. Хотя
русская морская служба не принесла
ему лавров, Россию Поль Джонс не
забыл. В марте 1792 года через барона
Мельхиора Гримма, корреспондента
Екатерины II, он представил импе-
ратрице план войны против Англии.
Он предложил «тревожить Англию в
пределах самого ее сердца и в самом
жизненном ее источнике - Индии».
Екатерина II его план отклонила:
«Что касается Индии, то она так да-
леко, что прежде чем туда доедешь,
уже будет заключен мир»43.
После бурной, полной опас-
ностей жизни Поль Джонс тихо
скончался от болезни в Париже в
возрасте 45 лет. 4 (18) июля 1792
года он был похоронен на кладбище
Сен-Луи для иностранцев.
Настоящая слава, которая, ве-
роятно, утолила бы его честолюбие,
пришла к моряку много лет после
его смерти.
После разгрома англичанами
французского флота при Трафаль-
гаре о нем вспомнил император На-
полеон: «Поль Джонс не дождался
своей судьбы и умер слишком рано.
Если бы он был жив, то Франция
имела бы настоящего адмирала.
..
Вся цель войны заключалась в
том, чтобы поймать неприятеля и
уничтожить его. Так смотрели на
цель морской войны Поль Джонс и
Нельсон. Жаль, что им не пришлось
померяться равными силами»44.
История Петербурга. № 2 (60)/2011
предыдущая страница 17 История Петербурга №60 (2011) читать онлайн следующая страница 19 История Петербурга №60 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст