овременные мемуары
дал мне еще пару листов?» - лихо-
радочно думал я, пытаясь понять
смысл вопроса.
Речь шла о количестве и техни-
ческих характеристиках разного рода
артиллерии, находившейся в Кур-
ляндской группе войск. Я и по-русски
не понимал, о чем идет речь, так много
было в этом вопросе специальных
терминов. Мои знания немецкого
языка были в пределах единствен-
ной произнесенной мною фразы с
предложением раздеться. Дальше
начиналась сплошная катастрофа.
Что же будет, если по моей вине до-
прос сорвется? Оттягивая очевидную
скандальную развязку, я произнес
длинную, но довольно бессмыслен-
ную фразу, как бы готовясь перейти
к вопросу, окончательно замолчал,
покрывшись холодным потом.
И тут в дверь постучали.
- По вашему приказанию пе-
реводчик капитан такой-то для
проведения допроса прибыл. - В
дверях стоял высокий, загорелый
красавец-грузин. А может быть, мне
просто показалось, что он красавец.
Но я был так счастлив, что он меня
выручил, и потому мне он очень
понравился. Я уступил ему место.
Капитан прочел записанный мною
вопрос и тут же, с ходу, абсолютно
грамотно перевел его на немецкий.
Один только недостаток был в его
переводе - он говорил по-немецки
с таким грузинским акцентом, что
генерал Баумайстер недоуменно
вытаращил глаза, покачал головой и
попросил повторить вопрос еще раз,
но медленнее и разборчивее.
То ли ситуация, в которую я
попал благодаря Шилову, то ли
высокомерие и, как мне показалось,
презрение пленного к «низшей
расе», а кроме того и страх, который
я испытал, когда в комнату вошел
немецкий генерал, оставили у меня
тягостное чувство и неприязнь к
этому человеку, в котором я явно
отчетливо ощущал своего врага.
Мог ли я подумать в 1941 или
в 1943 году, или даже в 1950-м, что
я когда-нибудь поеду в Германию
и буду без чувства страха или на-
стороженности ходить по улицам
немецких городов, без оглядки раз-
говаривать с немцами и без опаски
обмениваться с ними домашними
адресами?
Мог ли я подумать, что у меня
будет столько друзей в Германии - и
молодежи, и людей моего возраста -
тех, кто несколько лет назад воевал
против меня.
Ну и, конечно же, я не мог пред-
ставить себе, что когда-нибудь буду
устанавливать в Германии памят-
ники, что мои работы будут стоять
в музеях Дюссельдорфа, Берлина и
Дрездена и находиться в частных
собраниях.
За участие в боях под Нарвой я
был награжден медалью «За боевые
заслуги» и значком «Отличный раз-
ведчик».
После непродолжительного ле-
чения от ранения и легкой контузии
я еще умудрился заболеть желтухой
с очень высокой температурой и
пробыть в госпитале (что уже упо-
миналось) до конца мая. Потом меня
отправили в 520-ю отдельную роту
связи, обслуживавшую артиллерию,
а мой ВДААН продолжал воевать
на Первом Украинском фронте, а не
на Ленинградском, и там получил
звание гвардейского.
Но это было уже без меня.
Связисты 520-й роты прокла-
дывали проволочную связь между
отдельными частями и со штабом
артиллерии фронта. Начальником
связи артиллерии был полковник
Шилов, а его заместителем - майор
Гузок.
Я, наверное, так бы и начал
прокладывать телефонные линии,
но случайно Шилов поехал в При-
балтику и попал по поводу какого-то
заболевания в госпиталь, где началь-
ником был мой отец. После выздо-
ровления Шилова они, как я думаю,
вместе крепко выпили, и поэтому он
относился ко мне по-отечески.
Отец в то время был уже началь-
ником группы фронтовых госпи-
талей. Поскольку подполковники
попадали в госпиталь не часто, отец
зашел навестить Шилова в палату.
Они разговорились, и Шилов пообе-
щал отцу обязательно найти меня и
передать от него привет.
К тому времени я окончательно
потерял связь с родителями.
Сделать это Шилову было проще
простого, поскольку моя рота находи-
лась в подчинении штаба артиллерии
и непосредственно отдела связи,
который возглавлял Шилов.
Шилов вызвал меня к себе и, вы-
яснив, что я перед войной окончил
среднюю художественную школу
при Академии художеств, сказал:
- Будешь работать у меня в
отделе.
Так я опять стал чертежником.
Мне везло во время войны
с начальством. В 47-м полку на-
чальником штаба был Трифонов, в
8-м ВДААНе - Выборнов, в отделе
связи - Шилов.
Это были разные по образова-
нию и темпераменту, но прекрасные
организаторы и просто хорошие
люди. С 520-й ротой и с Шиловым
я начал с Прибалтики и дошел до
Восточной Пруссии, где в городе
Кенигсберге кончилась для меня
война. За участие в боях в составе
520-й роты связи я был награжден
орденом «Красной звезды» и знач-
ком «Отличный связист».
О последних месяцах войны я
написал в книге «Интервью автора
с самим собой» и просто приведу
этот текст.
Встреча однополчан.
1950-е гг.
71
История Петербурга. № 4 (62)/2011
предыдущая страница 70 История Петербурга №62 (2011) читать онлайн следующая страница 72 История Петербурга №62 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст