Н
еизвестное об известном
26
слова А. С. Грибоедова: «Каким
черным волшебством сделались
мы чужие между своими! Финны и
тунгусы скорее приемлются в наше
собратство <.
..> а народ единокров-
ный, наш народ разрознен с нами, и
навеки! Если бы каким-нибудь слу-
чаем сюда занесен был иностранец
<...> он, конечно бы, заключил из
резкой противоположности нравов,
что у нас господа и крестьяне про-
исходят от двух различных племен,
которые не успели еще перемешать-
ся обычаями и нравами»4.
Итак, русский мужик, которому
в это время атрибутируют харак-
теристики выразителя «народно-
го духа», превратился с позиции
элиты в экзотического «Другого»,
а сама элита оказалась на опасном
культурном расстоянии от него.
С одной стороны, народ находился
вне истории, «высокой культуры»,
он был незыблем, инертен, при-
креплен к земле и в этом смысле
выступал скорее в качестве атри-
бута природно-географической
среды, который нужно изучать и
классифицировать, чтобы понять.
С другой стороны, именно народ
обладал ресурсами для формиро-
вания национальной идентичности:
фольклор, традиции, крестьянская
община - темы, ставшие весьма
актуальными в литературе, науке,
политике в первой половине XIX
века. Знаменитая уваровская триа-
да - православие, самодержавие
и народность направлена была на
конструирование, если использо-
вать популярную тогда метафору
организма, единого «национального
тела». Самодержавие и православие
или, по-другому, преданность отече-
ской вере и любовь к царю оказыва-
ются тем мостиком, который - хотя
бы дискурсивно - соединяет народ и
элиту, решая проблему националь-
ной идентичности. Но народ про-
должает оставаться экзотическим
Другим, требующим исследования,
обучения и попечения. Крестьяне
дореформенной России в большин-
стве своем являлись практически
имуществом помещиков, объектом,
а не самостоятельным субъектом
правовых отношений. Необходимо
было предпринять реальные шаги
по превращению «простого» народа
в нацию. Собственно, таким шагом
и стала отмена крепостного права -
именно в Северной столице 19 фев-
раля 1861 года вышел знаменитый
Манифест об отмене крепостной
зависимости, подписанный Алек-
сандром II.
Петербург становится не
только столицей, общественно-
политическим центром, но и сре-
доточием духовной и культурной
жизни России. К нему начинает
тяготеть весь Русский Север: эко-
номически, социально, интеллекту-
ально. Пограничное расположение
новой столицы, финское окружение,
неблагоприятный климат способ-
ствовали формированию образа
Петербурга как исключительно
северного, «чухонского» города,
противостоящего Центральной
России во главе с Москвой. Неуди-
вительны в этом контексте данные
ему в XIX веке прозвища: «Финское
болото», «Финополис».
Фигура Петра I как основателя
Санкт-Петербурга мифологизиру-
ется в народных представлениях
севернорусского населения, приоб-
ретая характер культурного героя,
демиурга. До конца XIX века быто-
вала легенда об усмирении Петром
бурного Ладожского озера. Как
культурный герой Русского Севе-
ра, он явился установителем тради-
ций народного костюма и одеяний
священнослужителей; особенности
местного ландшафта в легендах
обычно связывались с деяниями
Петра Первого. Мифологизирую-
щая память потомков приписала
царю сооружение знаменитых
Соловецких лабиринтов и квази-
археологических памятников - так
называемых «городков Петра». В
одном из беломорских преданий
Петр предстает в образе бога-
демиурга, творца-судомодельщика,
создающего сакральную модель
корабля, по образу и подобию
которой должны строиться все
поморские суда. До сих пор истори-
ческие предания и топонимические
легенды приписывают местные
названия деревень и их жителей,
урочищ, угодий, холмов, болот, ру-
чьев и так далее «имятворческой»
деятельности Петра I. В северно-
русском фольклоре Петр предстает
одновременно и как строитель Пе-
тербурга, и как строитель природ-
ного и культурного пространства
Русского Севера.
Происходило и «научное освое-
ние» северных территорий, в ко-
тором главную роль сыграла Пе-
тербургская Академия наук. Член
Петербургской Академии наук,
выдающийся путешественник и на-
туралист И. И. Лепехин возглавил
в 1768-1772 годах академическую
экспедицию, исследовавшую По-
волжье и Русский Север - от Коль-
ского полуострова до Урала. Резуль-
таты экспедиции были обобщены в
«Дневных записках путешествия», в
которых Лепехин приводит ценные
этнографические наблюдения. Его
ученик и спутник Н. Я. Озерецков-
ский в составе той же экспедиции
совершает поездку в Архангельск,
Колу, Мезень, а позднее самостоя-
тельно путешествует по Северу, по-
сещая Онежское и Ладожское озера,
а также Ильмень, и публикует затем
свои путевые наблюдения.
По поручению петербургского
Ботанического сада в 1837 году рай-
оны Европейского Севера посетил
натуралист А. Шренк, оставивший
подробное описание традиционной
культуры поморов и ненцев; по-
следние через несколько лет были
исследованы В. Н. Латкиным и
В. Иславиным.
Лингвистическое изучение
Русского Севера связано с именем
М. Кастрена (1813-1852) - фин-
ского языковеда-путешественника,
исследования которого регулярно
финансировались Петербургской
Академией наук. Его работы по-
ложили начало систематическому
сравнительному изучению урало-
алтайских языков.
Благодаря составлению в 1 848
году подробной этнографиче-
ской карты Европейской России
П. И. Кеппеном (1793-1864) -
одним из основателей Русского
географического общества в Пе-
тербурге, - впервые была дана ха-
рактеристика этнического состава
населения Русского Севера.
Свою лепту в изучение Севера
внесли и писатели. В 1855-1857
годах по инициативе морского ве-
домства, возглавляемого великим
князем Константином Николаеви-
чем, была организована так назы-
ваемая «литературная экспедиция»
в районы населения, занятого мор-
ским промыслом и рыболовством,
с целью изучения и описания их
быта. Результаты поездок были
разные - больше всего повезло Рус-
скому Северу, этнография которого
была отражена в прекрасных очер-
ках крестьянского быта писателя-
этнографа С. В. Максимова.
История Петербурга. № 5 (63)/2011
предыдущая страница 25 История Петербурга №63 (2011) читать онлайн следующая страница 27 История Петербурга №63 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст