А
ктуалыное интервью
С тех пор, как мы здесь живем,
я не знаю человека, который бы от-
носился к Толе равнодушно. Он был
очень харизматической личностью,
удивительно хорошо сходился с
людьми, с каждым: будь то простая
уборщица, будь то какой-то высоко-
поставленный чиновник.
.. Помню
такой случай: это было очень давно,
когда мы только въехали в квартиру,
тогда были эти дурацкие жилищные
законы. У одной женщины из пер-
вой парадной была кооперативная
двухкомнатная квартира, но кроме
того, совсем недалеко от дома у нее
была дача, где она тоже была про-
писана. Ее хотели выписать из этой
квартиры со словами: “Вот там, на
даче, и живите”. Она подала в суд,
но не надеялась, что это поможет.
Перед судом она случайно встре-
тила Толю и рассказала ему о своей
проблеме. Он узнал, когда будет суд,
и пообещал, что придет, послушает.
Он пришел, там выступили обви-
нители, свидетели, в общем - все,
потом он взял слово. Я не знаю, что
он говорил, но после суда сказали,
что квартира ей остается. До сих
пор, как только она меня видит, у нее
слезы на глазах. Она так и живет в
этой квартире. Его потом спросили:
“Где вы получили юридическое об-
разование?” Он ответил: “А я его не
получал”.
Это его удивительное обаяние
проявлялось даже в мелочах. Вот,
например, я всегда просила его по-
купать мясо, потому что сама в этом
не очень разбиралась. Он приходил
в магазин, здоровался с продавцом,
немножко с ним разговаривал и
просил: “Мне, пожалуйста, кусочек
такого мяса, чтобы жена не выгна-
ла”. Ему всегда давали с-а-а-амый
хороший кусок!
Или другой пример. Толя очень
много читал, всем интересовался, и у
нас всегда дома были газеты. А они
тогда были очень дешевые, копееч-
ные, но их было не так уж много.
Все газетчицы на нашей улице Толю
знали, и если ему нужна была какая-
то газета, она ему была доставлена
о-бя-за-те-льно!
Он очень много времени про-
водил за чтением книг, у него была
очень большая библиотека. У Толи
память была удивительная! Я всегда
поражалась - он помнил все! Он
знал историю всех королевских
семей тех стран, где он бывал. При
наличии такой памяти ему вели-
Лидия Васильевна
и Анатолий Маркович.
Любовь навеки.
Начало 2000-х гг.
колепно давались и иностранные
языки. Когда он ехал за рубеж,
он их уже знал. Но как только он
оказался за границей, то сразу же
поступил на курсы усовершенство-
вания языка, потому что ему нужно
было говорить без акцента. Все
семь лет, что он был разведчиком за
рубежом - я удивляюсь этому и сей-
час, не перестаю удивляться - он не
сказал по-русски ни одного слова!
Как может человек в течение семи
лет, даже чуть больше, ни одного
слова на родном языке не сказать?!
Можете такое себе представить?
Ни во сне, ни наяву. И он это вы-
держал. Потом ему даже говорили,
что у него парижское произношение
французского! Толя к языкам был
удивительно способным. Уже после
войны, здесь, он мало разговаривал
на английском, стал его забывать.
..
Но и французский, и немецкий, и
испанский - практиковал и пре-
красно на них общался. Его память -
это что-то феноменальное! Во время
его разведывательной деятельности
(он мне это все уже потом расска-
зывал), когда он входил в кабинет
к немцам, на которых работал и
которым выполнял заказы, то, во-
первых, его всегда принимали вне
очереди, а во-вторых, они даже не
закрывали от него военную карту.
Ему было достаточно одного взгля-
да - и он все знал. Вот такая была
память. Это именно то, что нужно
разведчику.
Вообще, Толя не очень любил
рассказывать о прошлом. Сначала
он не мог, не имел права: он дал
подписку о неразглашении. Толя
был очень законопослушный, он
действительно ничего не расска-
зывал. Я о чем-то догадывалась, но
ему никогда не говорила, ведь мои
домыслы могли быть и неверными.
Потом-то он мне все рассказал,
но только когда уже имел на это
право, после реабилитации. В
1991 году.
45 лет Толя носил клеймо из-
менника Родины. Вы не пред-
ставляете, как относились к таким
людям! А их у нас было полно - этих
“изменников”. Мы хотели детей, но
понимали, как тяжело будет жить
нашему ребенку. Когда я училась, у
нас была девочка, которая работала
переводчицей у немцев: просто
хорошо знала немецкий и перево-
дила. Но разве это преступление,
что она знала язык?! Когда она уже
приехала сюда, ее каждую неделю
вызывали в Большой дом. Она при-
ходила оттуда зе-ле-на-я! Ее трясло.
Каждую неделю! И каково было бы
нашему ребенку? Мы очень желали,
но. у нас детей не было.
Но у Толи есть ребенок от Мар-
гарет. Она умерла в 1985 году, у нее
была очень тяжелая онкология. Что
тут сказать.
У них была любовь.
Маргарет была из очень богатой
еврейской семьи. Когда началась во-
йна, они, как все евреи, вынуждены
были бежать из страны. Но она не
захотела уезжать с семьей, потому
что не могла покинуть могилу свое-
го первого мужа (он умер молодым
от сердечного приступа). Тогда отец
оставил ей свой бизнес и попросил
Толю, чтобы он ей помогал. Уже по-
сле их ареста, в тюремной больнице
Маргарет родила сына. После войны
Толя пытался ее найти, но “добрые
люди” из органов сказали ему, что
она вместе с ребенком погибла во
время бомбежки. Просто чтобы
он не приставал. Погибла - и все.
Маргарет тоже всю жизнь искала
его. Но нашел Толю только их сын -
Мишель. Как это случилось?
В один из дней у нас в квартире
раздался телефонный звонок. Толя
взял трубку. Ему там что-то сказали,
он ответил: “Соединяйте”, и, через
минуту, чувствую, ему стало пло-
хо.
.. Он сказал пару каких-то слов
77
История Петербурга. № 5 (63)/2011
предыдущая страница 76 История Петербурга №63 (2011) читать онлайн следующая страница 78 История Петербурга №63 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст