п
овременные мемуары
под раскидистой украинской шел-
ковицей.
Дядя Костя в летней дворовой
жизни играл особую, несуетливую
роль взрослого мужчины. Он мог
подолгу курить на лавочке или об-
стоятельно обсуждал с мужиками
очередной футбольный матч. Друзья
и соседи звали его «Костя Питер-
ский». Тогда я не понимала, а сейчас
понимаю - почему. Дядюшка был
чрезвычайно похож на «одессита
Костю» - героя Марка Бернеса из
фильма «Два бойца». И не только
именем - всем: внешностью, пла-
стикой, бесшабашностью. И неверо-
ятной любовью к родному городу.
«Я - Питерский, - говорил он и упря-
мо болел за тогда безнадежный «Зе-
нит», проигрывая на фоне местных
поклонников киевского «Динамо».
Из «бабских» домашних дел дядя
Костя лучше всех умел чистить кар-
тошку. Не только умел, но и любил.
Потом уже, за всю свою жизнь, я не
встречала человека, который мог де-
лать это столь виртуозно. Как сейчас
вижу его ладную, крепкую фигуру на
низенькой скамеечке во дворе. Локти
надежно уложены на расставленные
колени. Точными, выверенными дви-
жениями левой ладони он вращает
картофелину, едва касаясь ножом ее
поверхности. Пружиня, над землей
повисает тонкая, изящная и непре-
рывная спираль кожуры. До сих
пор помню, насколько это зрелище
покоряло меня. Так никто не умел,
даже мама. Мама всегда подшучи-
вала над этим моим восхищением и
один раз сказала: «Ну что ты стоишь,
разиня. Лучше подсядь к дяде Косте
и попроси его рассказать про войну».
Про войну? А почему дядю Костю - и
про войну? «А потому что дядя Костя
воевал. Он был разведчик. Он герой
и у него есть орден Славы».
Да-а-а???!! Я поворачиваюсь к
дяде Косте. Из-под его руки, враща-
ясь, как балеринка, спускается эле-
гантный картофельный серпантин.
Но это уже не занимает меня. Я так
много читала про войну! В школе
мы даже ходили в поход по местам
Боевой Славы. И вот, оказывается,
наш дядя Костя - герой, а он тут
сидит и чистит картошку!
Рассказывает дядя Костя с
удовольствием. Ему явно по душе
мое внимание. Конечно, я не все
понимаю. Например, не понимаю,
что такое штрафбат. Штрафбат!
Штрафбат! Мне кажется, что это
что-то веселое и героическое, как
солдаты, когда они все вместе стро-
ем идут в ногу: штрафбат, штрафбат,
штрафбат. .
..Дядя Костя начал войну
в штрафбате. Уже потом, когда я ста-
ла взрослой, мама рассказала мне,
что незадолго до войны он попал
в тюрьму из-за драки. Подрались
две ленинградские ватаги пацанов.
Сильно подрались, до поножовщи-
ны дошло. Обошлось, слава Богу, без
жертв, но приговор всем вынесли
строгий, время было суровое. «Кто
знает, - думаю я, сегодняшняя, - мо-
жет быть, это спасло моего дядю от
гибели в первые месяцы войны». Из
Ленинграда он попал в Азербайджан
и уже оттуда в 1943 году был при-
зван в действующую армию.
Дядя с большим уважением и
удовольствием произносит: «Р-р-
рокос-с-совский». Мне нравится
это слово. Как будто сильный и
всепобеждающий рокот идет! Ока-
зывается, это фамилия. Дядя Костя
говорит, что Рокоссовский - самый
главный генерал, который коман-
довал их фронтом. Что его очень
любили солдаты. И те, у которых
Рокоссовского не было, очень за-
видовали таким, как дядя Костя.
Еще дядя Костя рассказывает
про медаль «За отвагу». Ему страшно
хотелось заслужить эту медаль. По-
тому что таких бойцов на войне очень
уважали. Он старался воевать храбро,
«как учили». И получил медаль! А по-
том была самая большая солдатская
награда - Орден Славы. Я держу
перед собой потемневшую тяжелую
звездочку на черно-оранжевой ко-
лодке. Мама почему-то называет ее
«георгиевской лентой». Дядя Костя
попыхивает папиросой, искоса смо-
трит на мою ладонь и устало говорит,
что тогда наградили всю их группу
разведчиков. Ночью им удалось
«бесшумно снять охрану» немецкого
танкового отряда. И забросать грана-
тами танки. В мои тогдашние двенад-
цать лет я плохо понимаю, что такое
«бесшумно снять охрану». Я очень
хорошо понимаю это сейчас.
Войну мой дядюшка закончил
в Кенигсберге. После победного
штурма он был тяжело контужен.
Его наградной солдатский «иконо-
стас» пополнили две медали: «За
взятие Кенигсберга» и «За победу
над Германией». Тогда ему было
двадцать четыре года.
Он рано умер, не дожив до пяти-
десяти пяти. Жена хранила любовь,
верность и память о нем еще долгие
двадцать лет. Каждый раз, приезжая
к ней все в тот же беленый домик, я
погружалась в аромат воспомина-
ний о детстве. Предугадывая мою
просьбу, тетушка доставала из ста-
ренького шкафчика коробочку, и мы
с ней перебирали его награды и ста-
рые фотографии. Мне очень жаль,
что ни один из его внуков не носит
его имени. Но, может быть, это не
так уж и важно. Важно, чтобы они
были, знали, любили и помнили.
«Ну что, - время от времени
говорит мне муж, внимательно
изучая наш семейный бюджет, - я
чувствую, что ты опять хочешь в
свою любимую Белую Церковь».
Да! Хочу! И мне покупают «при-
личный» билет в купейном вагоне
поезда «Санкт-Петербург - Киев».
Я с ужасом думаю о болтливых
вагонных попутчиках - они будут
мешать вспоминать.
Новый вокзал в заграничном
городе Киеве не люблю. Его ло-
щеный фасад и расфуфыренный
интерьер - как бельмо на глазу у
нынешней неустроенной Украины.
Электрички вызывают смешанное
чувство. Набитые мешочницами в
домотканых платках и в плюшевых,
бог весть откуда взявшихся кофтах
послевоенного образца, они стреми-
тельно несутся назад, в те времена, ко-
торые назывались коротким и злым
словом «разруха». Я договариваюсь
с проводником проходящего через
Белую Церковь поезда дальнего
следования и впрыгиваю в тамбур.
Ехать мне часа два с небольшим.
Вечереет. На потемневшем небе
начинают остренько поблескивать
первые звездочки. Вокзал возникает
внезапно. Поезд стоит здесь всего
несколько минут, поэтому надо пото-
ропиться. Бумц - и я уже на платфор-
ме. Тревожное чувство охватывает
меня - влажный воздух словно на-
полнен звучным маминым голосом:
«Тася! Держи Лену!» .И х поколение
держало нас всю жизнь. Пережив-
шие и победившие самую страшную
войну, они считали, что мы уже так не
сможем. Думаю, не смогли.
Раскинув руки, на меня из су-
мерек выплывает брат, Леонид Кон-
стантинович Свиржевский. За ним,
с родной тети Тасиной улыбкой,
спешит так похожая на нее сестра
Люда. Здравствуйте, дорогие мои!
И мы сливаемся в триедином объя-
тии. Как тогда.
..
83
История Петербурга. № 2 (66)/2012
предыдущая страница 82 История Петербурга №66 (2012) читать онлайн следующая страница 84 История Петербурга №66 (2012) читать онлайн Домой Выключить/включить текст