О
тцы города
эпидемия которого охватила весь
Петербург. Исторические доку-
менты объективно подтверждают
наличие в Санкт-Петербурге в то
время сильной эпидемии гриппа.
По описаниям специалистов, за-
болевания у горожан протекали
тяжело, с большой смертностью,
обусловленной наступавшим после
гриппа воспалением легких13. Вина
Мандта заключалась в неумении
настоять на соблюдении государем
постельного режима. Врач верно
диагностировал болезнь, но его хва-
леная «атомистическая метода» при
быстро прогрессировавшем тяже-
лом заболевании положительного
результата не принесла. Рецептура
лекарств была изменена лишь на-
кануне смерти, когда к лечащим
врачам присоединился профессор
И. В. Енохин, но было поздно.
Единственное «авторское» сви-
детельство, говорящее в пользу вер-
сии об отравлении, - воспоминания
А. В. Пеликана, внука директора
Медицинского департамента и на-
чальника Медико-хирургической
академии В. В. Пеликана: «В день
смерти Николая дед заехал по обык-
новению к нам, был крайне взволно-
ван и говорил, что император плох,
что его кончины ждут с часу на час.
Вскоре после отъезда деда явился
из департамента неожиданно отец
и объявил, что императора не стало.
Отец был сильно взволнован, глаза
его были заплаканы, хотя симпа-
тий к грозному царю он, по складу
своего ума и характера, чувствовать
не мог <.
..> Вскоре после смерти
Николая Мандт исчез с петербург-
ского горизонта. Впоследствии я не
раз слышал его историю. По словам
деда, Мандт дал желавшему во что
бы то ни стало покончить с собой
Николаю яду <.
..> О вскрытии тела
покойного императора он (про-
зектор Венцель Грубер. -
Авт.)
не
преминул составить протокол и,
найдя протокол этот интересным в
судебно-медицинском отношении,
отпечатал его в Германии. За это он
посажен был в Петропавловскую
крепость.»
Рассказ, казалось бы, вызы-
вает доверие правдоподобными
подробностями и ссылками на
конкретных лиц. Видимо, поэтому
свидетельство А. В. Пеликана по-
стоянно используют поклонники
«суицидной» версии, избегая его
анализа. Между тем данный источ-
Император Николай I.
Худ. Э. Верне
ник нуждается в критике гораздо
более других. В семье Пеликанов
придерживались либеральных
взглядов: не питал симпатий к
царю Пеликан-отец, равно как и
сын. Именно в либеральных кругах
версия самоубийства императора
получила наибольшее распростра-
нение. «Прямой речью» ее излагали
А. И. Герцен, Н. А. Добролюбов,
Н. В. Шелгунов и другие публицисты
демократических убеждений. Са-
моубийство Николая Павловича для
«прогрессивной общественности»
было «доказательством» порочно-
сти политической системы, которой
он придерживался 30 лет14.
В сочувственном по отношению
к Николаю I дневнике А. Ф. Тют-
чевой есть запись: «Говорят об от-
равлении, уверяют, что партия,
враждебная войне, хотела отделать-
ся от императора, обвиняют Мандта,
которому давно не доверяют, одним
словом, тысячи нелепых слухов,
какие часто возникают в моменты
кризисов, слухов, которым верят
массы, всегда жадные до всего
необычайного и страшного. Для них
все представляется возможно, кроме
того, что действительно есть»15. Как
это верно и для сегодняшних дней!
Мы категорически отверга-
ем возможность того, что Мандт,
достигший высших придворных
должностей, лейб-медик, знавший
толк в дворцовой интриге, осве-
домленный об интимных сторонах
жизни императора, мог решиться
на такой глупый шаг - признаться
в том, что помог отравиться паци-
енту. Какие мотивы могли толкнуть
лейб-медика на откровенные беседы
с Пеликаном? Их нет. Долго жив-
ший в России Мандт понимал, что
разглашение тайн императорской
семьи повлекло бы репрессивные
меры. Однако его никто не удержи-
вал, и вскоре он покинул пределы
империи. Оказавшись вне России,
Мандт опубликовал в Берлине ста-
тью о болезни Николая, которая в
основном повторяла официальную
версию. И все же правительство
перепечатку статьи в России за-
претило, содействуя тем самым
распространению разнообразных
слухов. Переписка на этот счет двух
министров - Императорского двора
и Народного просвещения сохрани-
лась в архивном фонде РГИА16.
Является совсем неправдопо-
добной и история с В. Л. Грубером.
Статья анатома, будто бы напеча-
танная в Берлине, не обнаружена
исследователями до сих пор. Перу
Губера принадлежит более 600 на-
учных работ, опубликованных в
России и за рубежом. Однако ни
в полной библиографии В. Л. Гру-
бера, хранящейся в музее кафедры
нормальной анатомии ВМА, ни в
каталогах Фундаментальной науч-
ной библиотеки ВМА и в Государ-
ственной центральной медицинской
библиотеки в Москве, как и в гене-
ральных каталогах библиотек США
и ФРГ, статьи Грубера с названием,
имеющим хотя бы косвенное отно-
шение к данной теме, обнаружить не
удалось17. А заключение в Петропав-
ловскую крепость.
.. Не выдумка ли
это семьи Пеликанов? Установлен-
ный факт: фамилия Грубера в списке
заключенных Петропавловской
крепости не значится. Скорее всего,
протокола о вскрытии, составлен-
ного Грубером, не существовало,
так как оно производилось другими
лицами, пишет П. К. Соловьев18.
К разряду небылиц относятся
и сведения Н.К. Мосолова, при-
веденные в статье И. В. Зимина в
подтверждение версии о самоубий-
стве. Доктор, опираясь на семей-
ное предание, утверждал, что его
прадед лейб-хирург К. Ф. Боссе,
вскрыв труп Николая I, восклик-
нул: «Какой сильный яд!», но ему
было приказано молчать об этом.
И. В. Зимин не нашел имен тех, кто
занимался вскрытием, но предпо-
ложил, что Боссе, как лейб-хирург,
77
История Петербурга. № 3 (67)/2012
предыдущая страница 76 История Петербурга №67 (2012) читать онлайн следующая страница 78 История Петербурга №67 (2012) читать онлайн Домой Выключить/включить текст