локада Ленинграда
86
До войны деревня Бородино
представляла собой небольшой
поселок, расположенный на берегу
озера Еван, протянувшегося на
десятки километров, с красивыми
домами и садами. По обоим берегам
озера простирались поля, пашни и
сосновые леса, в которых я с моей
мамой собирала грибы, когда мы
навещали Александру Ивановну в
послевоенное время.
Совсем другая картина пред-
стала перед теми, кто вернулся в
деревню в конце войны: часть домов
была сожжена; на их месте торча-
ли только трубы - свидетельство
злодеяний фашистов. Многие дома
стояли пустыми и грустно смотрели
своими покосившимися окнами
на вернувшихся соседей, как бы
сообщая им о том, что их хозяева
не смогли выдержать фашистской
оккупации. Женщинам и подрост-
кам, вернувшимся из Германии,
пришлось восстанавливать колхоз
в непростых условиях и начинать
жизнь сначала.
Александра Ивановна после
окончания войны продолжала жить
и работать в деревне, воспитывать
своих дочерей, которые, окончив
школу, уехали в Ленинград, вышли
замуж, обзавелись семьями и при-
езжали в деревню лишь летом на
отдых. Александра Ивановна никак
не могла расстаться с родным селом,
но после того как она однажды, про-
студившись, долго и тяжело болела,
ей пришлось уступить просьбам
и требованиям своих дочерей и
перебраться в Ленинград, однако
каждое лето она жила в деревне, в
родном доме.
Живя в Ленинграде, Алексан-
дра Ивановна иногда навещала нас
и рассказывала о своей тяжелой
жизни на чужбине, в Германии.
К большому сожалению, я редко
слушала ее рассказы - моя работа
почти не оставляла мне свободного
времени, но однажды я все же услы-
шала один рассказ, который произ-
вел на меня глубокое впечатление,
и я в деталях запомнила его на всю
жизнь. Это был случай, который
произошел во время войны, когда
Александра Ивановна была угнана
в Германию, но старожилы, в част-
ности, Степан Андреевич Копытов,
рассказали ей все в подробностях.
Вот эта история.
Наступила зима 1942 года.
Несмотря на сильные морозы, на
Раиса Михайловна Сидякина
(Арбинская) - старший
преподаватель Ленинградского
политехнического института.
Фото 1968 г.
фронтах шли ожесточенные бои с
захватчиками. В воздухе ежедневно
появлялись немецкие бомбардиров-
щики, которые несли под своими
крыльями смерть и разрушения
Ленинграду, зажатому в кольце
блокады. Немало доставалось и
близлежащим городам и поселкам.
За «мессерами» всегда следовали
«юнкеры», и то здесь, то там мгно-
венно вспыхивали воздушные бои.
В одном из таких боев фашистами
был сбит наш летчик-истребитель
недалеко от деревни Бородино.
Самолет, кувыркаясь, летел
вниз, его хвост был объят пламенем.
Через несколько секунд от самолета
отделился летчик с парашютом, и те
из жителей, кто наблюдал за боем,
облегченно вздохнули. Горящий
самолет упал на ледяное озеро и,
пробив лед, ушел под воду. Летчик
перелетел через озеро и призем-
лился в лесу. Будучи раненым, он
не смог добраться до деревни и
ждал помощи от жителей, не зная о
том, что в деревне уже хозяйнича-
ли фашисты. К тому же почти все
население деревни было угнано в
Германию, и помочь ему было прак-
тически некому.
Рано утром следующего дня
группа вооруженных фашистов с
собаками начали поиск летчика.
Услышав лай собак, летчик ре-
шил, что к нему на помощь спешат
жители деревни, но когда в гулком
сосновом лесу послышалась немец-
кая речь, он все понял и принял для
себя единственное решение.
Внезапно в лесу послышался
выстрел, и фашисты бросились в
сторону выстрела. Когда собаки
подвели их к летчику, он был уже
мертв.
Тело летчика лежало в лесу не-
сколько дней - фашисты запретили
жителям хоронить его, но, когда
прошел слух о том, что фашисты
собираются покинуть деревню,
среди жителей нашлись смельчаки,
добровольцы, которые, подгото-
вив заранее место на деревенском
кладбище, отправились ночью в лес.
Руководил этой рискованной опера-
цией старожил деревни инвалид с
детства Степан Андреевич Копытов.
А помогали ему два старика. Ис-
кать летчика не пришлось слишком
долго; он лежал у опушки леса, за
которой была видна деревня.
Летчик лежал на спине на еловых
ветках; глаза его были широко рас-
крыты и взгляд устремлен в небо. На
нем была кожаная куртка, местами
сильно обгоревшая, на голове был
шлем, одна нога была перевязана.
Вокруг были разбросаны обго-
релые ветки деревьев, — летчик, ве-
роятно, сжигал их на костре, однако
оружия рядом с ним не оказалось.
Уложив летчика на сани, трое
мужчин направились к кладбищу.
Прежде чем предать тело земле,
Степан Андреевич осмотрел карма-
ны куртки и комбинезона летчика в
надежде найти хоть какой-нибудь
документ с его фамилией, но все
попытки были напрасны. Нашелся
только обрывок письма, написан-
ного женским почерком, вероятно,
принадлежавшим сестре летчика,
потому что в обращении она писа-
ла «дорогой братишка». Из того,
что удалось разобрать в обгорелом
письме, можно было догадаться о
том, что летчик жил в Сибири и
был холост.
Завернув тело летчика в брезент
и опустив его на ветки березы, ле-
жавшие на дне могилы, односельча-
не быстро закопали могилу, бросив
в нее, по христианскому обычаю, по
горсти земли.
Спустя несколько дней, когда
немцы действительно покинули де-
ревню, Степан Андреевич поставил
на могиле деревянный крест —
так
образовалась безымянная могила,
которая просуществовала в деревне
История Петербурга. № 3 (67)/2012
предыдущая страница 85 История Петербурга №67 (2012) читать онлайн следующая страница 87 История Петербурга №67 (2012) читать онлайн Домой Выключить/включить текст