я
.
етербуржцы и петербурженки
каждого социально опасного ребенка
старше 15-ти летнего возраста, заво-
дится следственное дело, в которое
помимо установленных документов,
помещаются справки <.
..> и краткое
обвинительное заключение. 11) Осо-
бое совещание рассматривает дела на
жен осужденных изменников родины
и тех их детей старше 15-летнего
возраста, которые являются социаль-
но-опасными и способными к совер-
шению антисоветских действий. 13)
Социально опасные дети осужденных,
в зависимости от их возраста, степени
опасности и возможностей исправле-
ния, подлежат заключению в лагеря».
Такими «социально опасными
детьми» по «Ленинградскому делу»
в основном были старшеклассники и
студенты вузов. 1 ноября 1950 года,
через 10 дней после матери, арестова-
ли 16-летнего Валерия Михеева. Он
вернулся из школы и дома беседовал
с одноклассником. Вдруг раздался
звонок в дверь. Через порог бесцере-
монно переступили трое незнакомых
мужчин, за ними - дворничиха. В кон-
це 1980-х годов Валерий Филиппович
рассказывал: «Помню, я отступил на
шаг после внезапно последовавшего
приказа: «Руки вверх!». Поднял руки,
после этого сотрудник МГБ принялся
меня обыскивать. Двое других в это
время прошли в комнаты, не преминув
заглянуть в кухню, где взяли со стола
нож, которым бабушка разделывала
рыбу. Финский нож был внесен в
число вещей, изъятых у меня при
аресте. Ничего более подходящего
для компрометации сотрудники МГБ,
видимо, найти не смогли»27. На черной
«эмке» Валерия отвезли в «Большой
дом» на Литейный.
1 ноября взяли 18-летнего Вла-
димира Капустина, когда он вечером
возвращался с друзьями из Поли-
технического института. Владимир
Яковлевич Капустин рассказывал в
конце 1980-х годов, что подошедший
майор добродушно сказал: «Слушай, я
за тобою весь день гоняюсь - раз пять
уже на квартире был. Решил - прямо
здесь. Не возражаешь?» И хоть бы
какую-нибудь бумажку, санкциони-
рующую арест, предъявил - ничего28.
Его привезли на квартиру, перерыли
то немногое, что там оставалось. Даль-
ше путь - на Литейный, где Володя
провел неделю в одиночной камере.
Вечером того же дня забрали
сыновей бывшего председателя Нов-
городского облисполкома М. И. Са-
фонова Владимира и Льва. 25-летний
Владимир Сафонов после службы в
годы войны на аэродроме в Заполя-
рье окончил Высшее военно-морское
училище им. Фрунзе, но из-за ареста
отца не получил никакого назначения.
18-летний Лев Сафонов учился в Ле-
нинградском институте механизации
сельского хозяйства. Их квартиру
опечатали. Сотрудники МГБ наврали
им, что теперь скоро все выяснится, и
они встретятся с родителями29.
Студентку первого курса Элек-
тротехнического института, дочь
бывшего председателя Ленинград-
ского облисполкома И. С. Харитонова
Эллу арестовали 2 ноября на лекции.
«Вдруг в аудиторию вошел декан, на-
звал мою фамилию и попросил выйти.
‘‘На минуточку’’ - так он сказал. В
деканате меня ожидали двое в штат-
ском. Один из них вежливо предъявил
ордер на арест: ‘‘Вы сейчас поедете с
нами домой. Возьмите необходимые
вещи. Обязательно теплые - пальто,
обувь, шапку’’ <.
..> Эти слова, про-
изнесенные вежливо-безразличным
тоном, запомнились, как запомни-
лось все, связанное с этим отъездом
‘‘в никуда’’», - рассказывала Элла
Ильинична30.
Аресты затронули и старших де-
тей Г. Н. Куприянова. Виктор успел за-
щитить диплом инженера-механика в
Военно-механическом институте. Его
арестовали на пять месяцев позже, чем
отца. Розу, учащуюся третьего курса
Ленинградского планово-экономиче-
ского института, забрали сразу после
занятий на следующий день после
ареста брата31.
Аресты проводились и в Москве.
20 октября 1950 года сотрудники МГБ
пришли на квартиру Вознесенских.
Когда уводили 24-летнего Льва, сту-
дента четвертого курса экономиче-
ского факультета МГУ, младший брат
Эрнест обратился к майору, которого
запомнил с ареста отца: «Почему
всех берут, а меня оставляют?» Тот
ответил: «Ты еще маленький, под-
расти, успеешь». Его, первокурсника
Финансового института, взяли уже на
следующую ночь32.
Даже военные заслуги не могли
спасти от ареста, как это было, напри-
мер, с сыновьями бывшего директора
Института истории С. И. Аввакумо-
ва. 30-летний слушатель Высшего
военно-педагогического института
Владимир Аввакумов в годы Великой
Отечественной войны участвовал в
обороне Москвы, затем командовал
автоколонной, доставлявшей гру-
зы по ленд-лизу из Ирана в СССР.
26-летний студент Индустриального
техникума Юрий Аввакумов воевал
на Курской дуге, как разведчик-ми-
нер дошел до Берлина, был трижды
ранен33.
Из воспоминаний Валерия Фи-
липповича Михеева мы можем уз-
нать, что ожидало молодых людей,
доставленных во внутреннюю тюрьму
Управления МГБ СССР по Ленин-
градской области: «.под конвоем
меня провели через подъезд в мрачное
помещение. Тут началась арестантская
жизнь, которая состояла из одних
команд: ‘‘Руки за спину. Вперед. Не
оборачиваться.
Налево.
Вперед.
Разденьтесь. Ноги на ширину плеч,
нагнитесь.Оденьтесь. Вперед.’’ и
так далее. В конце концов оказался в
одиночной камере < .> но помню эти
события смутно. Сейчас как взрослый
человек и психоневролог по обра-
зованию я понимаю, что находился
в психологическом шоке, поэтому
сейчас, вспоминая все эти события,
могу сказать следующее. В голове об-
разовалась какая-то легкость, видимо,
потому, что от тебя уже ничего не за-
висит, все воспринималось как нечто
нереальное, как бы смотришь на себя
со стороны.
Как-то часов в 10-11 вечера мне
скомандовали собираться и вывели во
внутренний двор, где посадили уже не
в ‘‘эмку’’, а в ‘‘воронок’’. Внутри, вдоль
бортов, располагались тесные кабинки,
там еле-еле можно было сесть, кабинки
закрывались дверцей, так, что никого
нельзя было видеть, только по звукам
можно было понять, что еще кого-то ве-
зут. Разговаривать нельзя, сразу окрик
охранника, который сидел посредине
кузова. Ехали недолго, остановились,
каждого по отдельности стали выво-
дить из машины. Оказались мы на
какой-то дальней платформе, видимо
товарной, Московского вокзала. Я его
сразу узнал, поскольку освещенное
здание было видно издалека, оттуда
доносился знакомый вокзальный шум.
Так же поодиночке нас передали кон-
вою вагона для заключенных. Утром
привезли в Москву, снова поодиночке
вывели, посадили в знакомые уже
фанерные ‘‘коробочки’’ в ‘‘воронке’’
и повезли по городу. Ничего не было
видно, но до нас долетал шум пред-
праздничного города».
Аналогичным образом пере-
правили в Москву и других старших
детей бывших ленинградских руково-
дителей. Им предстояли долгие меся-
цы испытаний в одиночных камерах
печально знаменитой Лефортовской
тюрьмы.
5 3
История Петербурга. № 2 (69)/2013
предыдущая страница 54 История Петербурга №69 (2013) читать онлайн следующая страница 56 История Петербурга №69 (2013) читать онлайн Домой Выключить/включить текст