П
с
исатели о Петербурге
ему за «его дела» было запрещено
жить в Петербурге, и он наезжал
из Колпина. Затем был еще дис-
контер купец-гостинодвор, торго-
вавший лентами и кружевами, в
разговоре то и дело употребляв-
ш ий восклицание: «Мать П ресвя-
тая Богородица, спаси нас», «Ни-
кола У го д н и к Бож ий, пом илуй
нас!». Это был старик, ходивший
всегда в мятом цилиндре, с совер-
ш енно отвисш ими у него от вре-
мени полями, так что, кланяясь
он всегда снимал шляпу обеими
руками. П ро этого дисконтера го-
ворили, что он так жаден, что даже
сайку, покупаемую им у гостино-
дворского саечника себе на обед,
никогда не съедал сразу, хоть и
чувствовал аппетит, а делил на два
раза, чтобы п отом не покупать
второй. О н ходил с бритым лицом,
но подбородок его всегда был в
щ етине из экономии, чтобы реже
платить цирюльнику, по три к о -
пейки за бритье, а сам он бриться
не мог, потому что у него руки
тряслись. Брал он за учет вексе-
лей страшные проценты, сделки с
ним происходили в трактире. Он
требовал себе от должника всегда
угощение, выбирал лучш ие блю-
да, наедался всласть и что не мог
съесть, завертывал в бумагу и уно-
сил в лавку. Был еще дисконтером
содержатель извозчичьего двора,
старик купец, ходивший в сибир-
ке и в картузе, с бородой по пояс
и с прической в скобку.
Э ти и подобные дисконтеры
заменяли тогда частны е банки,
которых еще не существовало. Ев-
реев-дисконтеров я не помню. Е в -
реи в начале шестидесятых годов в
петербургской торговле не играли
почти никакой роли. В Гостином
Булочник, несущий хлеб
дворе не было ни одного еврея. В
Апраксином ры нке (ныне А лек-
сандровский) они торговали толь-
ко старым платьем и на развале
предметами самой ничтожной цен-
ности, и главным образом еврейки
в шелковых париках, безобразно
нахлобученных на брови. Да и во-
обще евреев в Петербурге было
очень мало, хотя Большая Подья-
ческая улица (их было тогда три —
Большая, Средняя и Малая) и счи-
талась еврейской улицей. Были куп-
цы — евреи-выкресты, кантонист-
ского происхождения, как тогда
говорили, но и такие не были осо-
бенно заметны. И других профес-
сий, занимаемы х евреями, я не
помню. Только разве зубные вра-
чи. Часовых дел мастера были нем-
цы, аптеки находились в немецких
руках, хорошие сапожные и порт-
ные — немцы, булочники — пого-
ловно немцы, и последние были
настолько сильны , что русский
человек, вздумавший открыть бу-
лочную, сейчас же вытеснялся ими
и погибал. Зато немцы-булочники
совсем не умели делать саек и ка-
лачей, и это дело исключительно
сосредоточивалось в руках русских,
равно как пряничное и пирожное
дело. Черныш ов и Леш туков пере-
улки были переполнены прянич-
н ы м и и пирож ны м и куренями.
П ряни ки были в больш ом ходу,
пироги продавались на всех пере-
крестках, не исключая и Невского
проспекта. Пирож ники, саечники
и пряничники заполняли углы Го -
стиного двора и Апраксин мост,
выкрикивая и выхваливая на все
лады свои товары. Кондитерских
было очень мало, они находились
в руках швейцарцев, и сладкие кон-
дитерские пирожки стоили дорого.
Н о я уклонился.
Отец должен был созвать сво-
их кредиторов, открыть свои тор-
говые книги, показать баланс и
просить скинуть ему с долговых
обязательств. О бы кновенно тут
всегда выставляются дутые, под-
ставные кредиторы из родственни-
ков, но отец ничего этого не сде-
лал. Собрание было у нас в квар-
тире. П ом ню это торжественное
заседание в нашей столовой, где во
время чаепития рассматривались
аршинные торговые книги. И н о с-
транные агенты первые согласи-
лись взять по 40 копеек за рубль и
переписать векселя на двенадцать
месяцев. Русские не соглашались
и поносили отца. Немец, агент ка-
кого-то иностранного торгового
дома, говорил на ломаном русском
языке речь в защиту отца и кое-как
уладил дело.
Векселя переписали. Отец рас-
цвел, отслужил молебен, но рас-
цвел не надолго. У него не было
сорока копеек за рубль. Новы й кре-
дит ему хоть и обещали, но такого
не сделали. П о первым векселям
отец уплачивал, продавая по пони-
женной цене имевш ийся в кладо-
вой товар, а потом опять прекра-
тил платежи. Начались дела с ком -
мерческим судом. Стали появлять-
ся стряпчие того времени, из от-
ставных чиновников управы благо-
чиния, и учили отца, как спасать-
ся. Это были все грязные, полупья-
ные люди. Они угощались в кладо-
вой водкой и пирогами, брали с
отца мзду за советы и все-таки н и -
чем не могли помочь.
Продолжение следует
Правая сторона Невского проспекта. Гостиный Двор.
П. С. Иванов по акварели В. С. Садовникова. 1830-е гг
15
И ст ория П ет ербурга. № 5 (1 5 )/ 2003
предыдущая страница 14 История Петербурга №15 (2003) читать онлайн следующая страница 16 История Петербурга №15 (2003) читать онлайн Домой Выключить/включить текст