$1™
е т е р б у р г с к и е а д р е с а
им не по карману, к они переехали в
меблированную квартиру поскром-
нее (на Английской наб., д. 6, в доме
Маркевича). Зиму 1845/46 года се-
мья жила в гостинице Лемута, где
Тютчев поселился вторично. Более
года - с марта 1846-го по октябрь
1847-го — Тютчевы жили в доме Са-
фонова на Марсовом поле, д. 3. Ныне
этот дом отмечен доской, посвящен-
ной Евгению Оболенскому. Ранее
доска была на этом же доме со сто-
роны Аптекарского переулка. Дом
выходит на площадь и в переулок.
Дочь Тютчева, Анна, вспоминает
красную гостиную, окна которой
выходили на Марсово поле. В этом
доме родился младший сын Федора
Ивановича и Эрнестины Федоров-
ны Иван Тютчев (1846-1909), буду-
щий основатель музея в Мураново.
Впоследствии его сын, внук поэта,
составил список петербургских ад-
ресов, который К. В. Инга рев, прав-
нук Тютчева, многолетий директор
мурановского музея, предоставил в
распоряжение автору этой статьи.
Уже в марте 1845 года Тютчев
был восстановлен в Министерстве
иностранных дел и вскоре назна-
чен чиновником особых поруче-
ний при государственном канцле-
ре. Эту должность тогда занимал
К. Нессельроде, о котором Тютчев
впоследствии с удовольствием
процитировал мнение одного сво-
его собеседника: «Это самое жал-
кое существо, которое я когда-
либо видел»9.
Всю свою жизнь поэт, чье имя
встало в первый ряд имен, просла-
вивш их отечественную поэзию,
считал себя государственным дея-
телем, относя поэзию к интимным
отправлениям своей души, не забо-
тясь о судьбе своих стихов, не при-
ложив ни малейших усилий для их
публикации. И стихов (оригиналь-
ных) за всю жизнь написано менее
четырехсот. Но справедливо о то-
мике стихов Тютчева писал А. Фет:
М уза, правду наблю дая,
Следит. И на весах у ней
В о т э т а книж ка небольшая
Томов премногих тяж елей.
По складу своего ума Тютчев
был мыслитель. К. Пфеффель, брат
Эрнестины, писал о Тютчеве, как о
человеке, рожденном для размыш-
лении, для кабинетного труда, чья
ж изнь «по странному капризу
судьбы в течение почти пятидеся-
ти лет протекала в гостиных.
.. Ро-
дивш ись и живя в России, имея
перед собой в качестве аудитории
общество, отличающееся скорее
любопытством, нежели образован-
ностью, он бросал на ветер светс-
кой беседы сокровища остроумия
и мудрости, которые забывались,
не успевая распространиться*10.
Можно уточнить, что не 50, а 30 лет
прожил он в русском (петербургс-
ком) обществе. Н о справедливо
замечено, что в петербургских са-
лонах находил он не столько собе-
седников, сколь слушателей, в ко-
торых настоятельно и постоянно
нуждался. Он был постоянным по-
сетителем раутов у графа В. Сол-
логуба на Дворцовой наб., 20, у
Виельгорских на М ихайловской
площади, у великой княгини Еле-
ны Павловны в М ихайловском
дворце, а летом на Каменном ост-
рове, у Мещерских, Карамзиных,
и вообще везде, где собиралось
высшее общество столицы. О Тют-
чеве, «льве салонов*, как назвал его
Г1. А. Вяземский, остались много-
численны е
воспоминания.
Уж
очень был он незауряден в обще-
стве, к которому принадлежал.
Вспоминает писатель В. Соллогуб:
«Он был одним из усерднейших
посетителей моих вечеров: он си-
дел в гостиной на диване, окружен-
ный очаровательными слушателя-
ми и слушательницами. Много мне
случалось на моем веку разговари-
вать и слушать знаменитых рас-
сказчиков, но ни один из них не
производил на меня такого чарую-
щего впечатления, как Тютчев. О с-
троумные, нежные, колкие, добрые
слова, точно жемчужины небреж-
но скатывались с его уст. Он был
едва ли не самым светским чело-
веком в России, но светским в пол-
ном значении этого слова. Ему
были нужны как воздух каждый
вечер, яркий свет люстр и ламп,
веселое шуршаньс дорогих женс-
ких платьев, говор и смех хоро-
шеньких женщин. Между тем его
наружность очень не соответство-
вала его вкусам: он был дурен со-
бою, небрежно одет, неуклюж и
рассеян; но все это исчезало, когда
он начинал говорить, рассказывать;
все мгновенно умолкали, и во всей
комнате только и слышался голос
Тютчева; я думаю, что главной пре-
лестью Тютчева в этом случае было
то, что в них не было ничего приго-
товленного, выученного, приду-
манного. Соперник его по салонным
успехам, князь Вяземский, хотя
обладал редкой привлекательнос-
тью, но никогда не славился этой
простотой обаятельности, которой
отличался ум Тютчева*".
Ем у вторит давниш ний друг
поэта историк М. Погодин: «Стари-
чок пробирается нетвердой посту-
пью близ стены, держа шляпу, кото-
рая сейчас, кажется, упадет из его
рук. Из угла прищуренными глаза-
ми окидывает все собрание.
.. Он ни
на чем и ни на ком не остановился,
как будто бы не нашел, на что нуж-
но обратить внимание.
.. к нему под-
ходит кто-то и заводит разговор.
..
Он отвечает отрывисто сквозь
зубы.
.. Смотрит рассеянно по сто-
ронам.
.. Кажется, ему уже стало
скучно.
.. Не думает ли он уйти на-
зад.
.. Подош едш ий сообщает но-
вость. только что полученную, сло-
во за слово, его что-то задело за
живое, он оживляется, и потекла
потоком речь, увлекательная, блис-
тательная, настоящая импровиза-
ция.
.. ее надо бы записать.
.. Вот он
роняет, сам не примечая того, не-
сколько выражений, запечатленных
особою силой ума, несколько ост-
рот едких, но благоприличных, ко-
торые тут же подслушиваются со-
седями, передаются шепотом по
всем гостиным, а завтра охотники
спешат поднести их знакомым, как
дорогой гостинец: Тютчев вот что
сказал вчера на балу у княгини Ы*12.
Почти через 50 лет после кон-
чины поэта Г. Чулков предпринял
попытку собрать тютчевские ост-
роты. Сборник «Тютчевиана» вы-
шел в Москве в 1922 году. «Зани-
маться в России политической де-
ятельностью то же самое, что вы-
секать огонь из куска мыла*, «Вся
наша внешняя политика - плохой
перевод с французского» и тому
подобные афоризмы и остроты на
русском и французском языках.
Несмотря на то, что он щедро вып-
лескивал блестки своего остро-
умия, он не обольщался в оценке
своего окружения. Особенно ког-
да это касалось вопросов внешней
и внутренней политики, то есть
того, что всегда его волновало. Пе-
ред самым началом Кры мской
войны, в октябре 1853 года, он пи-
шет жене: «Ах, в какой странной
среде я живу! Бьюсь об заклад, что
в день Страшного суда в Петербур-
ге найдутся люди, которые станут
ІІПІЮ ІНШ ІІгтг/я~ іуі> /іі. М 3 ( 1 9 ) / 3 0 0 4
предыдущая страница 38 История Петербурга №19 (2004) читать онлайн следующая страница 40 История Петербурга №19 (2004) читать онлайн Домой Выключить/включить текст