її*
етербургская семья
Алексей и Михаил перед войной. 1940 г.
роз детсадовские музыкальные за-
нятия Ольги Львовны прошло все
население поселка». Ее фотогра-
фии - воспитателя детского сада -
помешены в книге о Лисьем 11осе'3.
Гуляя около Маркизовой лужи,
собирая грибы в ближайшем лесоч-
ке, наша компания пата: «Мы опен-
ки, у нас ноги тонки.
..» («реперту-
ар» маминого детства). После такой
прогулки возвращатись к любимой
тете Оле и слушали виртуозную
игру папы на рояле.
«Большой дом». Война
В середине 30-х годов Михаи-
ла Адольфовича пригласили в
Большой дом (Литейный, 4). Раз-
говор был неожиданным и своеоб-
разным. Вначале задавали такие
вопросы: есть ли связь с заграни-
цей, пишет ли тетка из Парижа,
знает ли о ее смерти? Отец отве-
чал отрицательно. Затем сообщи-
ли, что опекунша оставила ему ко-
лоссальное наследство (большие
тысячи франков). Папа вначале
растерялся, но допрашивающие
помогли: «Вы, надеемся, откаже-
тесь на благо нашей любимой Ро-
дины?» Он ответил: «Да, да, конеч-
но». Наверное, этот отказ спас
Михаила Адольфовича от даль-
нейших репрессий.
Алексея Адольфовича Боль-
шой дом вызвал позже, в конце
1937 года. «Беседа* была ужасной,
но обычной для тех лет (выбили
зубы и т. и.). Среди обвинений
было и такое, как хищение государ-
ственных средств. Оно «заключа-
лось» в том, что при начале нового
строительства проявлялась забота
о рабочих: строили хорошие бара-
ки для жилья, прокладывали мос-
тки - дощатые настилы - по гряз-
ным улицам (например, в Кирп-
шах). Алексей Адольфович был
арестован по статье 58, объявлен
врагом народа. Нам, детям, не рас-
сказывали об этой трагедии. В
тюрьме он пробыл 2 года, а осво-
божден был прямо ію время судеб-
ного заседания и направлен на ра-
боту в Вологду. Из-за начавшейся
войны организацию, где он служил,
эвакуировали в Ташкент.
Никогда не забыть выходной
день 22 июня 1941 года. Папа с бра-
тьями поехал за город в Озерки, я
с подругой пошла на праздничные
гулянья в Таврический сад, сестры
остались дома с мамой. После вы-
ступления по радио В. М. Молото-
ва трудно было представить, что с
нами будет.
..
Отец был переведен из Проект-
но-технологического института на
завод начальником цеха в сентябре
1941 года. Мобилизации Михаил
Адольфович нс подлежат по возра-
сту (ему было более 50 лет), да и на
производстве была броня. В первые
числа января 1942 года у отца во
время рабочего дня случился голод-
ный обморок. Надо сказать, что он
отказатся от дополнительного пай-
ка, который давали руководящему
составу предприятия. Счнтат, что
не должен получать больше своих
рабочих. Его отвезли в больницу
Смольнинского района, но через
несколько дней его собиратись вы-
писать домой, т. к. стало лучше.
Мама пришла за ним с санками.
Оказалось, что смерть наступила
ночью (13 января). В палате лежал
школьный учитель Сережи. Он уго-
варивал маму не тратить силы на
поиски мужа, а больше думать о
сыне. Она не послушала. Однако
среди трупов морга тело отца не на-
шла. Выяснилось, что всех умерших
ночью увезли на кладбище (или
Охтинское, или Пискаревское). Так
что мы не знаем место захоронения
нашего папы.
31 января умер от голода Сере-
жа. Он пролежал мертвым дома 2 не-
дели. Иногда мама вставала, смот-
рела на него, поправляла волосы.
..
Хоронить не было ни сил, ни
средств. Помогли родственники.
Муж
маминой
сестры
Ольги
Львовны - Василий Алексеевич -
сколотил гроб. Пешком они при-
везли его на санках из Лисьего
Носа на набережную Фонтанки.
Когда пришли, трудно было по-
нять, кого нужно хоронить. Мама
лежала пластом, она так и не смог-
ла встать. Втроем, две мамины сес-
тры и дядя Вася, пешком от Фон-
танки до Серафнмовского кладби-
ща отвезли на санках гроб с телом
Сережи. Общими усилиями дос-
тали буханку хлеба, чтобы запла-
тить могильщику. Это была первая
наша могила на Серафимовском
кладбище (до этого «семейным*
было Смоленское). Летом маму с
детьми эвакуировали.
А как сложилась дальнейшая
судьба Алексея Адольфовича? Как
уже отмечалось, во время войны он
оказался в Ташкенте. Там его вто-
рично арестовали но доносу хозяи-
на квартиры (1943). Супруги Гак-
кели (дядя Леля и тетя Лидаша -
мы их так называли) знади иност-
ранные языки. Они часто говорили
дома по-французски, чтобы его не
забыть. Донос был о «немецких
шпионах». Алексея Адольфовича
выслали в Северный Казахстан,
г. Павлодар. Здесь было много
ссыльных немцев, ингушей, чечен-
цев. Алексею Адольфовичу разре-
шили работать на тракторном заво-
де в отделе капитального строитель-
ства. Вскоре он умер. Впоследствии
его жена Лидия Николаевна кате-
История
//»7>ку>б(//1/<|. Л» /
(23)/2005
предыдущая страница 48 История Петербурга №23 (2005) читать онлайн следующая страница 50 История Петербурга №23 (2005) читать онлайн Домой Выключить/включить текст