П»
ригороды
26
приятия36. Уже в конце 1860-х го-
дов концентрация промышленных
объектов в ближайших окрестно-
стях города была столь велика, что
проектировалась перепланировка и
строительство новых улиц на Вы-
боргской стороне. Подобные про-
цессы происходили в Нарвской (в
районе Екатерингофа, у начала
Петергофской дороги), а также в
Московской частях37.
Описание очистной системы
показывает, что вода вблизи заво-
дов не могла не портиться и произ-
водить впечатление чистой: стоки
перед спуском в реку не подверга-
лись какой-либо обработке, кроме
отстаивания в осадочных колод-
цах, куда поступали прямо из за-
водских труб. Наиболее крупные
частицы должны были оседать в
них и удаляться при периодичес-
ких чистках, мелкие же загрязня-
ли воду38. Автор статьи предлагал
дезинфицировать сточные воды
особым химическим составом39,
качества которого, как и пригод-
ность всего проекта, не вызвали
откликов в печати. Пресса, кричав-
шая об очищении городов, мало
писала о такой проблеме, как заг-
рязнение рек и каналов отходами
промышленных предприятий, - ве-
роятно, проблема канализации и
вывоза нечистот была в то время
много острее.
Действительно, А. Н. Бенуа
вспоминал, что через улицу от
дачи, занимаемой его большой се-
мьей в Кушелевском парке, нахо-
дилась бумагопрядильная фабри-
ка. К ее шуму, похожему на «шум
водопада»40, быстро привыкли -
настолько, что иногда казалось,
фабрика перестала работать41. Хо-
зяин Кушелевской дачи продал
часть парка разным лицам, и вбли-
зи дворца выросли еще несколько
предприятий: сначала Славянский
пивоваренный завод с большой
трубой, выбрасывающей клубы
дыма, а потом (в 1876 году) канат-
ная фабрика. Невдалеке, на Охте,
находилась английская бумагопря-
дильная фабрика, также с трубой42.
Тем не менее семейство Бенуа на-
ходило возможным снимать дачу
в этих местах. Сначала поводом
для такого выбора послужило же-
лание Бенуа-родителей провести
лето рядом со старшей дочерью,
женой хозяина канатной фабрики,
ожидавшей ребенка и жившей в
Кушелевке постоянно. Следую-
щим летом многочисленные Бенуа
приехали туда снова. То, что в дет-
ских воспоминаниях А. Н. Бенуа
отразились клубы черного дыма,
свидетельствует, что он действи-
тельно причинял некоторые не-
удобства. Тем не менее родители
не предпринимали попыток отпра-
вить беременную дочь или семи-
летнего сына в более здоровые ме-
ста. Значит, соседство с фабрикой
не считали опасным.
Однако стремительное наступ-
ление промышленных районов
было чревато и другими явления-
ми - более важными для А. Н. Бе-
нуа, мемуариста, подробно описы-
вающего свои ощущения и окру-
жавшие его пейзажи.
Они были связаны с разруше-
нием старых достопримечательно-
стей и уходом прежнего дачного
колорита. Так, в 1877 году автор,
тогда семилетний мальчик, впер-
вые проводил лето в Кушелевке.
Усадьба и парк были тогда еще
целы, и в парке стояла Руина - сти-
лизованный «разрушенный за-
мок», выполненный по проекту
Кваренги. Уже в следующий при-
езд на дачу, в 1878 году, она, к отча-
янному огорчению маленького ху-
дожника, была заменена сараями
для пивных бочек «Славянского
завода»43.
Бенуа-родители и семьи их
старших детей, а также их род-
ственники жили в Кушелевском
парке. Домик неподалеку от них
служил общежитием для рабочих
фабрики. По словам А. Н. Бенуа,
никакого беспокойства дачникам в
виде драк или «пьяных дел» это со-
седство не причиняло. Автор не-
вольно «проговаривается»: значит,
от рабочего люда ждали именно та-
кого поведения, и поэтому избега-
ли подобного соседства. Газеты того
времени подтверждают то же отно-
шение к фабричным нравам и не-
вольно объясняют, каким образом
те изгоняют из своих мест дух дач-
ного спокойствия. Так, в 1880 году
барский дом Кушелева-Безбород-
ко был отделан заново и превращен
в увеселительное заведение для
местного люда. Как сообщает газе-
та «Петербургский листок», первое
представление (концерт с частуш-
ками) прошло успешно: публика,
состоявшая отчасти из охтян и за-
водских рабочих, «подпевала, при-
топтывала, присвистывала»44. Сна-
чала, впрочем, она была взволнова-
на недостатком мест в зале и даже
вступила в потасовку. Волнение
вскоре стихло, но не прошло совсем,
поэтому «один кавалер, пропуская
даму, сказал: “Садись, все равно, а
если чуть что, то ты меня клик-
ни”»45. Таким образом, дачные пре-
лести (тишина и спокойствие)
были вытеснены затеями простой
публики: «Грешный человек, не ду-
маю, чтобы даже праздношатающи-
еся часто завертывали в это увесе-
лительное заведение»46, - заключа-
ет рассказчик.
Превращение Кушелевки из
дачной местности в рабочий рай-
он отражено и в путеводителях.
Например, издание 1870 года ре-
комендует Кушелевский парк для
летнего отдыха и прогулок в одном
ряду с Петергофом, Царским Се-
лом, Павловском и Гатчиной47.
Воспоминания современников по-
Вид двухэтажной дачи.
Акварель К. Кольмана. 1838 г.
История Петербурга. № 3 (25)/2005
предыдущая страница 25 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн следующая страница 27 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн Домой Выключить/включить текст