П
етербуржцы и петербурженки
32
ющему режиму и к правящим кру-
гам накануне войны не заслонило
для интеллигенции важности инте-
ресов страны, хотя и «впутавшейся
в войну»5, по словам Ллойд Джор-
джа. А правительство в сознании
рядового интеллигента было даже
отождествлено с Родиной - в этом
объяснение столь поразившего
многих современников патриотиз-
ма интеллигенции Санкт-Петер-
бурга. Патриотизм, как явление об-
щественное, был абсолютно спон-
танной реакцией большинства сто-
личной интеллигенции на объявле-
ние войны России Германией.
Лето 1914 года изменило все
планы на отдых. Сын писательни-
цы, публициста, члена кадетской
партии А. В. Тырковой-Вильямс
А. Борман констатировал: «.
..на
нашу родину надвигается опасность.
Мы обязаны всеми силами защи-
щаться. Сразу выяснилась едино-
душная готовность поддержать пра-
вительство и с ним сотрудничать»6.
Взрыв патриотических настро-
ений был достаточно стихийным
процессом, и многие современни-
ки писали о никем не подготовлен-
ной манифестации столичных жи-
телей под стенами Зимнего двор-
ца. «Один очевидец. рассказы-
вал.
об энтузиазме толпы на пло-
щади Зимнего дворца, когда Госу-
дарь вышел на балкон и говорил с
народом: - никогда, - говорил этот
человек, - не подозревал я за со-
бой способности так заражаться
массовой психологией: вместе со
всеми я кричал: “ура”, и чувство-
вал слезы на глазах и чуть ли уже
не готов был броситься на колени.
А ведь он всегда был очень оппози-
ционно настроен против царя и на-
шего русского правительства»7, -
такую запись сделала у себя в днев-
нике петроградская учительница
О. В. Синакевич. Таким образом,
война способствовала сплочению
большинства столичной интелли-
генции на основе идеалов имперс-
кого сознания.
Национальный порыв в Санкт-
Петербурге, да и в других городах
был достаточно силен. Московс-
кий философ Е. Н. Трубецкой пи-
сал, что из всех событий, произо-
шедших за эти дни, самое крупное
- «тот духовный подъем, который
мы пережили». И делал вывод, что
в первый раз после многих лет «мы
увидели целостную Россию. Тако-
го объединения, какое мы видим
теперь, я лично не помню вот уже
37 лет - с самой турецкой войны
1877 года. Тогда наше обществен-
ное настроение было во многом
похоже на теперешнее. Совершен-
но так же были забыты распри: все
Император Николай II на балконе
Зимнего дворца перед
объявлением манифеста
о вступлении России в Первую
мировую войну
Фотография 20 июля 1914 г.
объединились в одной мысли, в
одном порыве»8. Старейшее мос-
ковское просветительское обще-
ство - «Общество грамотности»
опубликовало «Обращение к на-
родным учителям», в том числе и
петербуржцам: «Непосредственное
дело учителя - великое и святое
дело насаждения в стране света и
культуры - имеет. большое значе-
ние при современной военной тех-
нике и для обороны страны и для
ее внешней мощи.». Оно призва-
ло учителей к организации лазаре-
тов, госпиталей при больницах, к
сбору пожертвований раненым во-
инам,
а
также
отметило,
что
«школьная жизнь должна по воз-
можности везде протекать нор-
мально.»9.
Совет Петербургского универ-
ситета (во главе с профессором,
ректором Э. Д. Гриммом) обратил-
ся к преподавателям столицы:
«Россия приняла вызов, сильная и
величественная единением царя и
народа. Россия не бряцала оружи-
ем и ныне не бряцает, но мы все
исполним свой долг до конца.
..»10.
Апофеозом патриотического
подъема стало переименование сто-
лицы. 18 (31) августа 1914 года,
примерно через месяц после объяв-
ления Германией войны России,
император Николай II изменил на-
звание своей столицы: немецкое
Толпа на Дворцовой площади в ожидании манифеста о вступлении
России в Первую мировую войну
Фотография 20 июля 1914 г.
История Петербурга. № 3 (25)/2005
предыдущая страница 31 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн следующая страница 33 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн Домой Выключить/включить текст