етербуржцы и петербурженки
Писательница, поэтесса,
литературный критик
Зинаида Гиппиус.
Фотография 1914 г.
убийства». «Кошмар войны, ужас-
но истребительной, страшен для
всех», - говорил известный писа-
тель В. Г. Короленко в беседе с кор-
респондентом газеты «Русское
слово»24. З. Н. Гиппиус утвержда-
ла, что служителям искусства нет
места на земле, «пока она горит ог-
нем войны». Творить, видя смерть
вокруг, не может ни один «худож-
ник», он «умирает от печали, от
безделья, чувствует себя опусто-
шенным, переживает смертельные
муки внутреннего разлада»25.
Важные свидетельства о нали-
чии глубоких разногласий в среде
интеллигенции по вопросам паци-
физма и патриотизма, особенно
ярко проявившиеся после военных
поражений русских армий, можно
обнаружить в дневнике писатель-
ницы, где З. Н. Гиппиус отмечала,
«как переживал сознательный -
культурный и политический слой
русского общества великие потря-
сения своей страны». 28 апреля
1915 года (практически через год
после начала войны) в «Синей
книге» она констатировала: «Мос-
квичи осатанели от православного
патриотизма. Вяч. Иванов, Эрн,
Флоренский, Булгаков, Трубецкой
и т. д. и т. д.». Через месяц в своем
дневнике З. Н. Гиппиус запишет
следующие строки: «Как против-
на наша присяжная литература.
Завопила, как зарезанная, о войне
с первого момента. И так бездарно,
один стыд сплошной. Об Андрееве
я и не говорю, этот присяжный ду-
рак и бестактник не мог в лужу не
сесть при сем удобном случае. Но
Соллогуб! Но Брюсов! Но Блок! И
все по нисходящей линии. Не хва-
тило их на молчание. И наказаны
печатью бездарности.
..».
Сама писательница считала,
что «это грех теперь - писать сти-
хи. Вообще, хочется молчать. Я
выхожу из молчания, лишь выве-
денная из него другими»26, - писа-
ла З. Н. Гиппиус. Конечно, это было
субъективное мнение мемуарист-
ки, известной своей «неистовой
душой». Но его поддерживала оп-
ределенная часть интеллигенции.
Почти всегда пацифисты в сво-
их высказываниях и выступлени-
ях так или иначе апеллировали к
элементам христианского учения,
оперировали его категориями и
постулатами. «Добро и зло, исти-
на и ложь относительны, и за это
не стоит умирать», - призывала
пацифистски настроенная интел-
лигенция. Однако лозунг - «Лю-
бите врагов ваших, благословляй-
те проклинающих вас» (Мф. 5.44
и Лк. 6, 27-28), она понимала от-
нюдь не буквально. Известно, что
в древнегреческой и латинской
версии этот призыв означал «воз-
любить» личных, но не обществен-
ных или военных врагов. Враг в
политическом смысле не должен
предполагать ненависть, и солдат,
по глубокому убеждению пацифи-
стски настроенной петроградской
интеллигенции, не имеет мораль-
ного права использовать оружие
для мщения за личные обиды. А
отсюда вытекает и осуждение ин-
теллигенцией неоправданной жес-
токости в войнах, ненужной для
военной победы, и негуманности к
пленным, к гражданскому населе-
нию, и аморальности человеческой
жестокости. Интеллигенция не
призывала к дезертирству, к «по-
ражению своего правительства в
войне» - по убеждению многих,
она призывала к отрицанию наси-
лия и массовых убийств, к отри-
цанию национальной ненависти к
Германии и немецкому народу.
Известно, что в Петербурге
(тогда еще Петербурге) в ночь на
5 августа (23 июля) произошли
следующие события: толпа «патри-
отических манифестантов» ворва-
лась в здание германского посоль-
ства на Исаакиевской площади,
круша все на своем пути. Били
окна, рвали гобелены и картины,
выбросив на улицу не только по-
сольскую мебель, фарфор и посу-
ду, но и собственную коллекцию
графа Пурталеса - бесценное со-
брание скульптур из мрамора и
бронзы эпохи Ренессанса. Вокруг
конных статуй на фронтоне этого
громадного гранитного здания об-
мотали веревки, сотни рук друж-
но потянули и скачущие кайзеров-
ские лошади с грохотом обруши-
лись о камень мостовой.
Погро-
мы проходили не только в Петер-
бурге, но и в других городах. В га-
зетах были опубликованы сообще-
ния, что соответствующим образом
настроенная толпа громила «торго-
вые предприятия, владельцы кото-
рых носят немецкие фамилии»27.
Антигерманских
взглядов
придерживалась и большая часть
интеллигенции - накал выступле-
ний в прессе и публицистике (осо-
бенно московской) вырос к 1915
году в слепую волну, и это была
обратная сторона патриотизма.
«День разрыва с Германией ока-
зался для России днем величай-
шего национального самоопреде-
ления»28, - отмечалось на заседа-
нии Общества славянской культу-
ры. Такие общества, провозгла-
сившие приоритет национальной
русской культуры над западной,
становились популярными в сре-
де
столичной интеллигенции.
Профессор императорской Ка-
занской
духовной
академии
Н. Н. Писарев, приехавший на ста-
жировку в Петербург, считал ис-
конную политику немцев «агрес-
Здание германского посольства
на Исаакиевской площади.
Фотография 1913 г.
3 5
История Петербурга. № 3 (25)/2005
предыдущая страница 34 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн следующая страница 36 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн Домой Выключить/включить текст