етербургский фольклор
88
как оно привлекало толпы посети-
телей, то его зарыли. Впоследствии
оно было вырыто и перевезено в
Тихвинский Богородицкий монас-
тырь, где, по преданию, погребено
под папертью Успенского собора.
И наконец, третий спектакль,
свидетелем которого стала вторая
половина XVIII века, был разыгран
уже на политической сцене всей
Европы, в отличие от истории роп-
шинского и шлиссельбургского уз-
ников, каждая из которых не вы-
ходила за рамки российских гра-
ниц и касалась узких, едва ли не
семейных отношений Романовых.
В самом начале XIX века в
Москве в келейном безмолвии
Иоанновского монастыря тихо до-
живала свои дни престарелая мо-
нахиня Досифея, светское прошлое
которой было покрыто таинствен-
ным мраком неизвестности. Время
от времени по Белокаменной рас-
ползались темные слухи о том, что
это некая княжна Августа Тарака-
нова, которую еще в прошлом веке
заточила сюда императрица Екате-
рина II, усмотрев в ее поведении
серьезную угрозу престолу.
Сказать определенно, кем на
самом деле была монахиня Доси-
фея, трудно. Но некоторые обсто-
ятельства позволяют думать, что
московской молве нельзя было от-
казать в проницательности. Сразу
после смерти Екатерины II в Иоан-
новский монастырь зачастили не-
званые гости. Сам митрополит
Платон ежегодно по большим праз-
дникам приезжал поздравить ста-
рицу. А когда в 1810 году она мир-
но скончалась, на похороны безве-
стной монашки собралась вся мос-
ковская знать.
В Петербург слухи о загадоч-
ной женщине, которая в Париже
выдавала себя за дочь императри-
цы Елизаветы Петровны, впервые
просочились в середине 1770-х го-
дов. Скорее всего, они были инс-
пирированы силами, враждебными
России. Нетрудно было различить
польский почерк. Очень скоро слу-
хи о самозванке были подхвачены
стоустой молвой и превратились
в одну из самых популярных ле-
генд о молодой красавице, несчас-
тной жертве великосветских инт-
риг, вынужденной скрываться за
границей, поскольку она-де пред-
ставляет исключительную угрозу
царствующей императрице.
В 1742 году императрица Ели-
завета действительно вступила в
тайный брак с Алексеем Григорье-
вичем Разумовским. Официаль-
ное мнение, согласно некоторым
источникам, сводилось к тому, что
легенда о княжне Таракановой по-
явилась на свет только благодаря
досадному
стечению
обстоя-
тельств и достойной сожаления
путанице в произношении русско-
украинских фамилий. У Алексея
Григорьевича Разумовского на са-
мом деле были племянники по фа-
милии Дараганы, или Дарагановы,
которых он воспитывал в Швей-
царии. Иностранцам было легко
переделать Дарагановых в Тарака-
новых и сложить стройную и прав-
доподобную легенду об их проис-
хождении. Тем более что дети от
морганатического брака императ-
рицы Елизаветы, согласно леген-
дам, все-таки были. Они своевре-
менно были отправлены на родину
Разумовского, Украину, и там буд-
то бы даже образовали целый род
царственных потомков. Последние
представители этого рода якобы в
середине XIX века перебрались в
Петербург, и их можно было встре-
тить на Васильевском острове.
По другой же легенде, импе-
ратрица Елизавета действительно
родила дочь от Разумовского, ко-
торую в возрасте двух лет будто бы
отправили подальше от Петербур-
га, на Украину, к родным Разумов-
ского, казакам Дараганам, в их по-
Граф Алексей Григорьевич
Разумовский.
С портрета, принадлежащего
княгине Е. Кочубей
местье Дарагановку. В народе оно
было более известно по другому
названию - Таракановка. Когда же
слухи об этом дошли до столицы,
девочку тут же будто бы окрести-
ли «Тьмутараканской княжной».
Деликатное поручение - обез-
вредить подлую авантюристку -
Екатерина дала командующему
русской эскадрой на Средиземном
море графу Алексею Орлову. Он
должен был выследить самозван-
ку и «любой ценой» доставить ее в
Россию. По-солдатски прямоли-
нейный Орлов слишком букваль-
но понял указание императрицы.
Он влюбил в себя несчастную жен-
щину, соблазнил обещаниями же-
ниться, заманил на корабль и дос-
тавил в Петербург.
По
прибытии в
Петербург
княжна была препровождена в Пет-
ропавловскую крепость. Жестоко
обманутая красавица, к тому вре-
мени еще и беременная от графа
Орлова, оказалась в сырых казема-
тах русской Бастилии. Начались
непрекращающиеся допросы. Дове-
денная до отчаянья нечеловечески-
ми условиями заключения, мучи-
тельными допросами и сознанием
безвыходности своего положения,
она заболела чахоткой и 4 декабря
1775 года умерла, так и не покинув
места своего заточения. Однако су-
ществует романтическая легенда о
том, что она не умерла от болезни, а
погибла. Но произошло это не в
1775 году, а через два года, во время
сильнейшего наводнения 1777 года
в каземате, из которого ее «забыли
или не захотели вывести».
Несмотря на некоторые при-
знаки правдоподобия этих легенд,
многие мучились сомнениями.
1775 год - фактический год смер-
ти Таракановой - катастрофичес-
ким подъемом воды не отмечен.
Привычные
кратковременные
осенние буйства Невы в расчет не
принимались. К ним привыкли.
Никакого сколько-нибудь серьез-
ного следа в городском фольклоре
они не оставили. Чем же оправдать
неожиданную
смерть молодой
женщины, к тому же, как об этом
судачила молва, только что став-
шей матерью? И тогда в петербур-
гском фольклоре произошел поис-
тине уникальный случай. Появи-
лась легенда о том, как появилась
легенда о «потоплении» княжны
Таракановой. Будто бы фельдмар-
История Петербурга. № 3 (25)/2005
предыдущая страница 87 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн следующая страница 89 История Петербурга №25 (2005) читать онлайн Домой Выключить/включить текст