Р
цензии
92
девицы Клио, когда «она, как ска-
зал поэт, уж не девушка, нет».6 Рус-
ская историография изначально
есть часть западной культуры, и это
не надо сопоставлять с патриотиз-
мом, например. Просто наука, в том
смысле, что она заинтересована в
поиске истины, есть дитя Запада, а
не Востока; а история как раз по-
нималась как наука до середины
ХХ века. После лингвоповорота в
западной историографии все яснее
становится и финансовый от ворот
- поворот. Бои за историю пришли
и на русские поляны. Бои местно-
го, арьергардного значения, когда
почти разгромленная сторона ведет
беглый огонь главным калибром по
воробьям. Противник же повсюду,
он распылен в пространстве и мно-
жит эманации. Р. Ш. Ганелин всту-
пил-таки в сражение (см. начало и
конец его книги). На материале
своей жизни, и вроде о другой эпо-
хе. Да нет, о том же все: о месте и
характере знания, прежде всего «в
этой стране». Отчасти по теме «ис-
торик и власть», но лишь отчасти.
Хуже всего всеобщая неуверен-
ность. Кризис, одним словом.
Р. Ш. Ганелин свидетельствует
о реакции ученого сообщества на
раздражители в период от «ленин-
градского дела» до методологичес-
ких разносов последнего времени.
Наиболее грозных разносов. Ибо
прежде наука была хотя бы отчас-
ти обществу нужна. А теперь мно-
жатся надежды (из телевизора и
других мест) на скорое исчезнове-
ние с поля гуманитарного
искусст-
ва
«архивного позитивизма» и
«старинного предпочтения чистой
деидеологизированной работы»
после прекращения «финансирова-
ния “академических” институтов»
(цитирует Р. Ш. Ганелин на своей
с. 179). Об архивном фетишизме
могут говорить и рафинированные
адепты постмодернизма, и невеж-
ды, и злонамеренные. Что остается
поруганному эмпирику? Уровень и
обязательные процедуры ремесла
призваны уберечь историка от си-
стемной ошибки, вируса лжи в
официальных архивах советской7
и любой другой поры. Р. Ш. Гане-
лин в мемуарах специально изуча-
ет историка, инструмент и субъект
историографии. Собственно, это
его важнейшая тема, наряду с дру-
гой - расхождением слова и дела,
печатного и непечатного слова.
Если угодно, в книге Ганелина -
оправдание жизни и науки, кото-
рую срочно закрывают за ненадоб-
ностью, превращая в одно (одну)
из искусств и практик.
Вообще ЛОИИ8 был всегда под
страхом нагоняя, а то и разгона.
Итак, зайцы. Да, уж точно - не
хорьки, что видно на примерах су-
деб поколения Р. Ш. Ганелина. Ко-
нечно, можно было бы и добавить
что-нибудь к этому - пусть и доба-
вит, кто захочет. А можно было бы
кой-кого и убрать в разряд хорь-
ков или козлищ, поскольку не все
были зайцами. Вот это-то и неуют-
но. Невольно ведь ждешь от мему-
ариста апологии прошлого, когда и
деревья были большими, и сами
были как-то выше, стройнее, что ли.
Ан нет.
«Диссонансом прозвучало
выступление молодого писателя»9.
Реквием, что ли? Или панихида?
Кстати, о вечной молодости.
Один из энергетических сгус-
тков текста - петербургская тради-
ция в трагедии «ленинградского
дела». Из героев Р. Ш. Ганелина
еще в конце 1970-х годов, в пору
нового приступа борьбы за нрав-
ственность (не обошедшегося без
оргвыводов), на истфаке ЛГУ чи-
тали лекции и партсекретарь Марк
Кузьмин,
достававший
в
70-й
аудитории из внутреннего карма-
на пиджака пожелтевшие и видав-
шие виды листки конспекта лек-
ций по новейшей истории Запада,
и Н. Я. Иванов по кличке «мы с
академиком Минцем» (любимая
его фраза студентам в связи с ка-
кой-то важной дискуссией вокруг
«второй корниловщины», по воп-
росу о которой и произошло столь
желанное слияние с академиком).
Вернемся же к Р. Ш. Ганелину.
Представьте мизансцену с нашим
автором в коктейль-зале или в по-
добном кулуарной геометрии по-
койчике для стоячих банкетов в
Ленинграде, в новопостроенной
гостинице «Прибалтийская». Дело
было после ответственной конфе-
ренции в начале 1980-х годов, и
автор этих строк стоял с прочими,
наблюдая отдельно подъехавший
«сервировочный столик» с шипу-
чим питьем для легендарного ака-
демика, представившего группе
молодежи разного возраста (в
свою очередь представлявшейся
ему) некую чрезвычайно элегант-
ную даму-вамп, разумеется, в ве-
чернем черном. Он рекомендовал
ее как специалистку в области по-
литических извращений. Первым
в строю был Р. Ш. Ганелин, кото-
рого академик ласково потрепал и
одобрил словами наподобие «как
же, читал, хорошо начинаете, мо-
лодой человек!», разумеется, полу-
чив в ответ «рады стараться.
..».
Артистизм обоих, пауза и благого-
вение статистов напоминали луч-
шие академические театры.
Итак, что в нем маска? Лет
пятнадцать, а то и больше беседу-
ем с ним: перипатетически, в трам-
вае ли, в гуще масс, так сказать, в
авто, или в преддверьи парижско-
го метро. Он всюду ироничен, зна-
чит, молод. Иные скажут - от ума.
Больше от сердца. Ум ведь предпо-
лагает сдержанность, а сердце под-
водит - «не могу молчать!». У
Р. Ш. Ганелина есть статья в сбор-
нике памяти Л. А. Дмитриева о пос-
леднем этапе жизни человека, о ге-
роизме на этом пути10. Мотив -
оглядка и «обнюхивание по сторо-
нам» (его слова) на пороге. С дру-
гой стороны, и «молодой может
погибнуть в любой момент»11.
Среди тем книги - великодер-
жавно-имперская политика СССР
после пактирования тов. Сталина
с нацистами (с. 24). То есть новей-
ший раннеимперский период. К
названной теме Р. Ш. Ганелин об-
ратился по ходу перестройки и не
оставляет ее. Это связано с его ис-
следованиями начал русского фа-
шизма во взаимодействии с гер-
манским в 1920-х годах, а также с
его антифашистской борьбой в ка-
честве публициста. Р. Ш. Ганелин
призывает к занятиям ХХ веком и
«текущей историей». Материала
на всех хватит, а опыт, полученный,
по словам Б. А. Романова, при изу-
чении «мертвых» формаций, акту-
ален
для
изучения
«живых»
(с. 117-118). В этом можно видеть
и обращение к прежним «КПССни-
кам», овладевшим кафедрами и
мимикрировавшим либо действи-
тельно ставшим «обычными исто-
риками». Часть из них вполне ус-
пешно обратилась от «первоисточ-
ников» к источникам.
* * *
Как-то в начале 1980-х, после
появления «Кризиса самодержа-
вия», я слышал в магазине «Ака-
демкнига» в Таможенном переул-
ке замечание листавших книгу до-
История Петербурга. № 4 (26)/2005
предыдущая страница 91 История Петербурга №26 (2005) читать онлайн следующая страница 93 История Петербурга №26 (2005) читать онлайн Домой Выключить/включить текст