с т о р и я у ч е б н ы х з а в е д е н и й
О О
огромный. Он был и высокий, в
два этажа, окна были в два ряда. В
этом зале собрался весь институт,
все построились колоннами по
классам, лицом к окнам. Когда все
были на местах, из старших клас-
сов вышла одна девочка, поверну-
лась лицом к углу, где висела ма-
ленькая икона, и начала говорить
молитву. По окончании ее мы по-
шли сразу из зала в столовую пить
утренний чай, за которым нам дали
булку, черный хлеб и горячий слад-
кий чай в кружках.
Я скоро привыкла к новым по-
рядкам. Дни, один как другой, шли
по
следую щ ему
расписанию.
Подъем в 7 часов. Молитва в 7 ч. 45
мин. Чай в
8
часов. Уроки с 9 до
1
2.00.
Обед до 12 ч. 30 мин., 12 1/2 - про-
гулка до 2. С 2 до 4 - уроки. В 4 ча-
са - чай, до 5 - свободное время. От
5 до 7 - приготовление уроков. В
7 часов - ужин, в 7 ч. 30 мин. - при-
готовление ко сну. Каждый день в
эти часы входило упражнение на
рояле по получасу в младших клас-
сах. Урок для большинства был один
раз в неделю по часу, для особо спо-
собных - по два раза в неделю. Раз
в неделю вечером в часы от 5 до
7 был урок танцев, проходивший в
большом зале.
Предметы в пятом классе были
следую щ ие: закон Бож ий, рус-
ский, ф ранцузский, немецкий,
арифметика, география, история,
рисование. Учителя - все мужчи-
ны, кроме немецкого языка, учите-
ля географии, арифметики и ри-
сования были немцами, хотя и пре-
подавали по-русски. Французский
язык вел настоящий француз, едва
говоривш ий по-русски. Д октор
института тоже был немец, а зуб-
ной врач - француз, не говорив-
ший по-русски. Со всеми отноше-
ния были дружеские, особенно с
французом. Не любила, терпеть не
могла я только учителя географии,
господина Миттерлинха. Это был
старик с красным носом. Он был,
вероятно, очень глуп. Не призна-
вал никаких печатных учебников,
а требовал, чтобы ему отвечали по
его тетрадке. Тетрадь же была одна
на весь класс, написанная мелким
неразборчивым почерком, и мне
она очень редко попадала в руки.
П о
воскресеньям
вечером
были уроки танцев в большом зале,
пол музыку оркестра. Учитель был
балетный артист, танцевал заме-
чательно. М ы делали разные дви-
жения все вместе и по отдельнос-
ти, с каждой нз нас он танцевал по
очереди, и танцевать мазурку в
большом зале было огромным удо-
вольствием.
М не скоро стало нравиться
жить и учиться в таком строгом и
однообразном режиме. Н ичто не
отвлекало от уроков, все были за-
няты одинаковой работой. Только
самые первые дни было неудобно
учиться в общей комнате со все-
ми. Читать себе уроки вполголоса
разрешалось, так же как и учиться
вдвоем, читая друг другу. И эти го-
лоса отвлекали меня. Н о потом все
голоса в разных углах класса стали
сливаться для меня в неопределен-
ный ш ум, не отвлекавш ий уже
меня от осваиваемого материала.
И скоро, к моему большому удив-
лению и удовольствию, я почув-
ствовала в себе совсем новое ощу-
щение. Я вдруг стала понимать в
уроке решительно все объяснения
учителей (кроме географии). Это
было ново и чудесно. О т нас в ин-
ституте не требовали ничего дру-
гого, кроме того, чтобы мы уч и -
лись. М ы не стлали себе постелей,
не чинили ничего нз белья, не при-
шивали даже пуговиц. В случае та-
кой аварии отдавали пострадав-
шую вещь девушке, спавшей при
нашем дортуаре, она шла к касте-
лянше, и через несколько минут все
оказывалось в порядке. Пострадав-
шая вещь заменялась целой. Руко-
делие у нас тоже было, но позже, в
более старших классах, исключи-
тельно художественное. М ы выши-
вали по батисту и по канве ковры,
плели кружева. Два раза в неделю
у нас были приемные дни, когда к
нам могли приходить родные. Дни
эти были четверг и воскресенье.
Приход родных доставлял нам
много радости от свидания, от рас-
сказов о доме и младших сестрах и
братьях, и еще от того, что родные
обычно приносили нам фрукты и
сладости. Н ичего другого нам
больше не требовалось. Кормили
нас очень хорошо. По-настоящему
нам сладостей совсем было не нуж -
но, но такой был обычай. Н о все
эти приношения родители сдава-
ли не нам, а где-то внизу в прихо-
жей, подписывая на пакете имя и
класс, и после приема все это при-
носилось служительницами в клас-
сы и сдавалось классной даме, а та
раздавала нам. Несъеденное стави-
лось в особый шкафчик, находив-
шийся на ответственности одной из
учениц и державшийся на замке.
Брать свои сладости мы могли
только после обеда, когда шкафчик
открывался. На приеме родители
могли дать нам лиш ь несколько
конфет или апельсин, принесенные
незаметно в муфте или кармане.
При институте была своя цер-
ковь, в которую мы ходили перед
каждым праздником ко Всенощной
и каждый праздник к обедне. Цер-
ковь была только для институток
и служащих, посторонние не впус-
кались, она была внутри здания и с
улицы незаметна. Пели в церкви
два хора, с правой стороны хор из
выпускных учениц
1
-го класса, с
левой стороны из предвыпускных
учениц, т. е.
2
-го класса.
В 4-м классе нас ожидало два
сю рприза:
противны й
географ
Миттерлинх, наконец, ушел, и так-
Н г т ор ия П ет ерГц ц и а .
Л*
2 ( 3 0 )/ 2 0 0 6 —
предыдущая страница 23 История Петербурга №30 (2006) читать онлайн следующая страница 25 История Петербурга №30 (2006) читать онлайн Домой Выключить/включить текст