м
с т о р и я у ч е б н ы х з а в е д е н и й
24
На уроке хорового пения в Петербургском училище
ордена св. Екатерины.
1908 г.
потом теплой водой, распускает
нам косу н начинает мыть с головы
до пяток. При желании можно си-
деть и дремать. Банщица свое дело
делает отлично и последовательно,
ничего не забывая.
Когда мы вымыты и ополос-
нуты так, что и волосы, и кожа
скрипят при поглаж ивании, нас
подводят к двери, открывают ее,
и в тот же момент, как в сказке,
чьи-то услуж ливы е руки окуты -
вают нас сухоіі и теплой просты-
ней, ведут к стулу посреди комна-
ты, усаживают и начинают нас об-
служивать, опять-таки с ног до го-
ловы. У многих из нас были длин-
нейшие и густейш ие волосы, так
что обсушивание наших голов за-
нимало немало времени. После
этой процедуры нам подносили
чистое, подобранное по росту и
даже с нашими метками белье (все
казенное), и мы шли на широкие
скамейки одеваться.
Весь класс почти одновремен-
но был готов, и, надев чепчики и
закутавшись в наши пледы (на двор
нам выходить не приходилось), мы
шествовали обратно с чистой ко-
жей и какой-то влагой на теле -
ощ ущ ение, которое мне всегда
было неприятно. Н о эта влага быс-
тро проходила, когда мы доходи-
ли до дортуара.
Большим событием в институ-
те были праздники в день святой
Екатерины. Это вообще, кажется,
был праздник для всех (наверное
не помню), но для нас - безуслов-
но. К этому дню всегда долго под-
готавливались концерты и испол-
нялись на рояле в четыре руки,
соло, в четыре руки на двух роя-
лях по одной ученице за каждым, в
шестнадцать рук на четырех роялях
(ансамбль), вокальное соло, дуэты,
хоры, иногда декламация или клас-
сические пьесы Мольера, Расина,
Шиллера. Концерты происходили
в зале Собрания в присутствии
всего начальства, не только началь-
ницы и инспектрисы (у нас были
княжна Гагарина и мадам Мольво),
но и разных попечителей (граф
Бахметьев, князь Урусов, камергер
Алексеев и другие).
После концерта бывали ганцы
(только я не помню, бывали ли
мальчики, вероятно, нет, так как
иначе остались бы воспоминания
хотя бы о разговорах о них). П о-
мню, что к концу танцев у нас у всех
были черные ноздри от копоти (зал
освещался большими люстрами со
свечами, свечи иногда начинали
коптеть, а поправлять их во время
танцев было нельзя), и в зале воз-
дух был уже не прозрачен от копо-
ти и поднимаемой пыли. Часов в
двенадцать ночи нас вели в столо-
вую и там без молитвы мы сади-
лись на свои места и находили на
каждом приборе неизменно каж-
дый год одинаковое угощение: на
тарелке два больших бутерброда с
ветчиной и с швейцарским сыром,
яблоко, апельсин, а перед тарелкой
два стакана холодного лимонада,
красный и желтый, и неизменно
самое лакомое - коробочка с де-
сертными конфетами. Конфет там
вмешалось немного, хотя коробоч-
ка на вид могла вместить до фунта
(400 г), но она была отделана сна-
ружи шелковой тканью в складоч-
ку и с пуфами и потому казалась
больше, но внутри нее было все-
таки не меньше 100 или 150 г кон-
фет - ш околадных и десертных,
сливочных и засахаренных анана-
совых ломтиков. В столовой в эти
вечера всегда было холодно, мы,
разгоряченные и вспотевш ие от
танцев, начинали ежиться и быст-
ро поедали бутерброды и лимонад,
а фрукты и коробочку уносили к
себе как трофей.
В 3-м классе (в 1891/1892 гг.)
мы получили долгожданные бор-
довые платья и синие пледы. И мы
стали чувствовать себя и призна-
валнсь всеми как старший класс.
О т 2-го класса мы отличались тем,
что носили еще косы, а те делали
себе прически. И з новых предме-
тов мы стали изучать ботанику,
алгебру, физику, из языков иност-
ранных - биографии классиков и
классические произведения, по
всем языкам стали писать сочине-
ния, хотя и диктовки изредка бы-
вали еще. Ф изика мне нравилась,
так же как и математика, все ос-
тальное новое было тоже интерес-
но, но для меня не так увлекатель-
но, как математика и физика. Но
изучение богослужения, где объяс-
няли смысл каждой молитвы и воз-
гласы священника и диакона, очень
обостряли мое религиозное чув-
ство. К церкви я почувствовала
определенное влечение, каждая
часть обедни была мне одинаково
понятна, но по-разному мила.
В том году у нас переменилось
два учителя. Немецкий язык стал
преподавать господин Томпсон,
молодой человек очаровательной
наружности, румяный, с черными
усикам и, и в него очень быстро
влюбилась одна моя одноклассни-
ца Д. Посникова, и вместо профес-
сора Ирецкой светское пение пе-
решло к известному регенту Архан-
гельскому. Он тоже был очень кра-
сивый и благородный старик, с се-
дой бородой, но высокий и строй-
ный. Он поставил меня контральто
и тоже сделал солисткой. О н был
известен своим хором не только в
И с т о р и я И ст ср С ц /р /а.
,\ *
2 (.4 0 )/
2001
!
предыдущая страница 25 История Петербурга №30 (2006) читать онлайн следующая страница 27 История Петербурга №30 (2006) читать онлайн Домой Выключить/включить текст