етербуржцы и петербурженки
56
Эпитафия собачке Земире, со-
чиненная Сегюром, не зря понра-
вилась Екатерине: возможно, она
увидела в ней свой «портрет», опи-
сание ее собственных добродете-
лей, к тому же с явным намеком на
бессмертие. Еще в 1778 году в шут-
ливой автоэпитафии императрица
так охарактеризовала себя (в тре-
тьем лице): «Вступив на русский
престол, она желала блага и стара-
лась предоставить своим поддан-
ным счастье, свободу и собствен-
ность; она охотно прощала и нико-
го не ненавидела. Снисходитель-
ная, жизнерадостная, от природы
веселая, с душою республиканки и
добрым сердцем, она имела друзей.
Работа для нее была легка. Обще-
ство и искусства ей нравились»15.
Скромности и самокритичности
императрице явно недоставало!.
.
Любовь Екатерины II к собач-
кам, забота о них нашли неожидан-
ное отражение в забытой книжке
«Погребение собачки», с которой я
начал свой рассказ. Книжка эта ано-
нимная. В качестве «камуфляжа»
она имеет подзаголовок - «Посла-
ние к одному другу из Праги в
Вену», то есть в ней описываются
события и нравы, которые якобы
присущи подданным Австрийской
империи16. Но это обычный для тех
времен прием маскировки.
Книга условно может быть раз-
делена на две части.
Первая - это пародия (весьма,
кстати, правдоподобная!) на погре-
бение комнатной собачки некоей
знатной госпожи, в которой угады-
вается Екатерина II.
«У Госпожи умерла любезная
собачка. Не смейся, сие не столь
просто и не столь малозначуще, как
ты себе то воображаешь.
.. Более
двух недель после плачевной поте-
ри сей собачонки беспрестанно
должен я был слушать повествова-
ние о дивных ее приятностях, кото-
рые, как уповаю, для блага потом-
ства будут описаны каким-либо
знаменитым дееписателем17. (Она
отличалась в искусстве ходить на
двух лапках, танцевать, ложиться,
притворяясь мертвою, и т. д.) .
..на-
чали помышлять о погребении со-
бачки. Спрашивали у всех совета,
как лучше исправить оное. Тут слу-
чился один весьма остроумный че-
ловек, который принял на себя труд
сочинить церемониал.
.. По конец
саду воздвигнута была мраморная
гробница, и все умнейшие люди.
..
приглашены были для сочинения
надгробной надписи. Некоторые из
сих надписей сочинены были на ла-
тинском, немецком и французском
языках.
.. Избрали выразительней-
шую эпитафию, велели оную вы-
сечь на мраморе.
.. в назначенный
день собраны были домашними
людьми все собачки их.
.. и дан им
был прекрасный похоронный стол
из супу и говядины состоящий.
..
слуги вынесли мертвый труп соба-
чонки на смертном одре, покрытом
золотым покровом. Слуги одеты
были в трауре. Процессию окружи-
ли другие собаки, но приказано
было погребальному шествию нести
тело чрез все аллеи сада в глазах
обливающихся слезами Госпожи и
Господина. (На гробнице была вы-
резана по-латыни эпитафия): «Ос-
тановись, прохожий, и изумись.
Здесь лежат кости собачки Амин-
ты.
.. обладала она всеми даровани-
ями. Сколь радостна господам была
жизнь ее, столь плачевна смерть» (и
дата: 1771 год). Госпожа в продол-
жение трех дней совершенно была
безутешна; насилу могли уговорить
ее принять сколько-нибудь пищи;
во всем доме царствовало печаль-
ное безмолвие»18.
Судя по всему, эта жанровая
картинка была списана автором с
натуры: тень екатерининского вре-
мени очень заметна.
Вторая часть книги носит ост-
рый публицистический характер.
Завершая рассказ о погребении со-
бачки, автор пишет: «Я вознамерил-
ся при описании сей истории пока-
зать свое негодование». И далее он
выступил в защиту человека, срав-
нивая его положение в крепостной
России с жизнью барских собачек.
«Непрестанно почти случается,
что люди жертвуют иждивением,
расточают деньги для несмыслен-
ного животного; если ж дойдет дело
помочь бедной несчастной фами-
лии (семье. -
А. Ш.),
то жалеют вся-
кой малости. Для собачонки рады
весь мир привести в тревогу, а ког-
да страждет бедный человек, кото-
рый с ними одной плоти, то не толь-
ко помочь ему, но и слышать о нем
не хотят. Печалятся, сокрушаются
о болезни или смерти животного, а
если б в целом свете все бедные
люди померли, то тем столь мало
тронулися бы, как смертию мухи»;
господа «рады всею душою жертво-
вать златом и бисерами для укра-
шения собачки, а если скажет кто
им, чтоб приказали они для нищего
сшить из толстого холста рубаху,
тогда тот навлечет на себя их него-
дование или будет, как дурак, осме-
ян»; «Мы - звери, но какие звери?
Звери одного рода не мучат один
другого таким образом. Итак, мы
хуже зверей, ибо с равными себе
хуже зверей поступаем. Ведь все
люди потомки Адамовы и все бра-
тия одной плоти и одного закона;
итак, должны ли они с животными
несмысленными поступать с такою
ревностию и усердием, а о собрать-
ях своих не радеть? Или знатные
вельможи удалены от всякого зако-
на? Закон Божий предписывает
любить ближнего, как самого себя.
Закон естественный научает нас по-
ступать с другими так, как желаем
мы, чтобы поступали с нами, если б
мы в подобном случае находи-
лись»19. И так - до конца книги.
Приведенные обширные цита-
ты свидетельствуют о том, что ав-
тор являлся явным последователем
(единомышленником) Н. И. Нови-
кова, А. Н. Радищева, Ф. В. Каржа-
вина, И. П. Пнина и других русских
просветителей конца ХУШ века.
Его книга не осталась незамечен-
ной: И. А. Крылов, работая над бас-
ней «Две собаки» (тема сама по
себе неоригинальная), использовал
явные намеки автора брошюры на
собаколюбие Екатерины II.
Правда, вызывает некоторое
удивление год издания книжки -
1805. Не только Екатерины с ее
собачками, но и ее сына Павла к
тому времени уже давно не было в
живых. На русском престоле цар-
ствовал либеральный Александр I.
В чем же была злободневность бро-
шюры?.
. Очевидно в том, что она
напоминала о пережитках прошло-
го и косвенно подсказывала необ-
ходимость соблюдать права чело-
века. Об этом русские помещики
тогда еще думать не хотели. Но как
раз об этом писали многие просве-
тители в 1780-1800-х годах. По-
добно им автор критиковал безду-
шие крепостников, их далеко не
безобидные развлечения с собач-
ками на фоне тяжелейшего поло-
жения крестьянства.
Так кто же он, автор «репорта-
жа» о пышном погребении собачки?
Это российский немец Август
Вицман (А ^ ш ! Witzman)20. Рас-
История Петербурга. № 4 (38)/2007
предыдущая страница 55 История Петербурга №38 (2007) читать онлайн следующая страница 57 История Петербурга №38 (2007) читать онлайн Домой Выключить/включить текст