ригороды Петербурга
ки, оценивавшие этот балет, по-
ставленный на сцене Мариинского
театра в сентябре 1876 года, отме-
чали: «Это не балет, а скорее гра-
циозная картинка, художествен-
ный отрывок без начала и конца,
фантастический сон из жизни фей,
играющих с бабочками и жуками
в светлую, теплую летнюю ночь.
..
Это производит впечатление како-
го-то волшебного сна»29.
По окончании балета гости ка-
тались на катерах с гребцами Гвар-
дейского экипажа по пруду, любу-
ясь иллюминацией. На берегу пру-
да были построены декорации зна-
менитых архитектурных сооруже-
ний, окаймленные десятками ты-
сяч шкаликов30.
Их
устройство
наблюдал
А. Н. Бенуа, который много лет спу-
стя записал: «Уже за неделю до
праздника берега пруда были зава-
лены бревнами, сваями и досками
и всюду мужики в красных и голу-
бых рубахах строгали, пилили, ру-
били. Туда же на телегах прибыва-
ли готовые, хитро выпиленные
щиты, с набитыми на них распис-
ными холстами. По мере установ-
ки этих огромных “кулис”, превы-
шающих местами высоту деревьев
по берегам пруда, выяснилось, что
эти щиты представляют знамени-
тые дворцы и храмы Европы»31.
Газета «Голос» отмечала: «Это
был настоящий волшебный “сон в
летнюю ночь” не только для тех, кто
был на Ольгином острове, но и для
остальных, которые любовались
огненными очертаниями зданий
всех стилей, начиная с китайского
домика до русской избы. Очень
хорошо горел венецианский дво-
рец дожей, неаполитанская вилла
и др.»32. «Санкт-Петербургские ве-
домости» писали, что «бывшие на
гулянье давно не запомнят такой
эффектной и блестящей иллюми-
нации, какая была в этот день в
Петергофе».
На берегах пруда собралась
«густая масса народу», для которой
«местами играли хоры военных
музыкантов»33.
Бенуа отмечал, что «если вый-
ти к воде, зрелище получалось ска-
зочное. При свете фонарей и шка-
ликов дворцы и храмы вовсе уже
не казались маленькими и нич-
тожными. Выделяясь всей своей
яркостью на фоне темной листвы
и отражаясь в воде, они превра-
щались в громадные, прочные и
роскошные сооружения»34.
Он вспоминал, что ощущали
люди, стоявшие на берегах пруда и
наблюдавшие за этим зрелищем
издалека: «. от ближайших фона-
рей-шкаликов, мириадами усна-
щавших все архитектурные линии
декорации, шел нестерпимый жар
и одновременно горевшее в них
сало распространяло довольно тя-
желый запах». И далее: «Небо ка-
залось черным по контрасту с фан-
тастическим светом от сотен тысяч
огней, которыми был залит весь
парк. И этот свет от шкаликов был
не нынешний резкий, неподвиж-
ный, мертвый свет электричества,
а весь он трепетал и жил, дымча-
тый же чад, шедший от горевшего
сала, образовывал род сияния вок-
руг пылающих уборов. Стеклян-
ные шкалики были разных цветов,
и пестрое их сверкание сообщало
особую сказочность садовым пер-
спективам. Я бы сказал, что даже
смрадный, шедший от тогдашних
иллюминаций дух был каким-то
необходимым элементом празд-
ничности - таким же необходи-
мым и желательным, как сладко-
ватый запах бенгальских огней, как
гул толпы, ровный топот лоша-
дей.
..»35. Он написал и о том, что не
отметили в прессе: «К сожалению,
и на сей раз безжалостная петер-
гофская погода не пощадила людс-
кой потехи. Еще не был сожжен
стоящий в программе фейерверк,
как поднялся сильный ветер, от
которого целыми партиями тухли
фонарики, и одновременно стал
накрапывать дождь. Праздник, не-
сомненно, был испорчен, но то, что
происходило при этом с иллюми-
нацией, представлялось мне ужас-
но интересным. Вдруг исчезнет по-
ловина какого-нибудь дворца, и не
успеют снова зажечь шкалики, как
ветер задует огни. Казалось, что
волшебные здания на глазах разру-
шаются и гибнут.»36.
В это время царская семья и
приглашенные пили чай на Цари-
цыном острове. Как и за год до это-
го, для них пел хор московских
цыган.
Подобный праздник состоялся
еще раз через две недели, 27 июля,
в честь дня рождения императри-
цы Марии Александровны и пре-
бывания в Петергофе короля Хри-
стиана и королевы Луизы Датских
и короля Эллинов Георга, супруга
дочери императора Ольги Алек-
садровны.
Газеты отметили, что «в сущ-
ности, это было повторение праз-
ника, данного недавно.
но вслед-
ствие несколько измененной об-
становки, вследствие введения в
общий план нескольких новых де-
кораций общее впечатление выш-
ло еще полнее, праздник оказался
еще более фантастическим. Преж-
де всего ему придал несколько от-
личный оттенок больший наплыв
публики»37.
Появление в аллее у Ольгино-
го пруда петергофского полицмей-
стера верхом на лошади было сиг-
налом к движению царского кор-
тежа. Публика расступилась, и на
четырех открытых экипажах тюль-
бери, запряженных по-английски а
1а Daumont и управляемых жокея-
ми верхом, в парадных, обшитых
золотом куртках, император с се-
мьей и гости по аллеям, представ-
лявшим собой две непрерывные
огненные линии, проехали к мос-
тику на южном берегу пруда. По
нему, залитому светом украшав-
ших его огней, гости перешли на
остров38.
Как и за год до этого, на сцене
«воздушного» театра было пред-
ставлено одно действие балета
«Две звезды» на музыку Ц. Пуни в
постановке М. Петипа с Е. Соко-
ловой в главной партии, а после
балета была исполнена мазурка с
Л. П. Радиной и Ф. И. Кшесинс-
ким39. В праздничных представле-
ниях приняли участие 299 артис-
тов и сотрудников императорских
театров, оркестр состоял из соро-
ка семи человек. Главным декора-
тором и машинстом опять был
А. А. Роллер (он устраивал и «све-
товые ящики»), главным режисе-
ром - Богданов, капельмейстером
- А. Д. Папков. Они и скрипач Ауэр
были награждены за участие в спек-
таклях. Награждены были также
танцовщики Е. Соколова, Л. Ради-
на, А. Н. Кеммерер, М. Н. Мадаева,
А. Д. Кошева, П. Герд, Ф. И. Кше-
синский, А. Н. Пишо, Л. П. Стукол-
кин и П. К. Карсавин, а также
Е. Горшенкова, Петрова, В. А. Ни-
китина,
Груздовская,
Жукова,
Предтечина, Ольгина, Недремская,
Фрейтаг40.
По окончании спектакля гости
совершили небольшую прогулку
75
История Петербурга. № 4 (38)/2007
предыдущая страница 74 История Петербурга №38 (2007) читать онлайн следующая страница 76 История Петербурга №38 (2007) читать онлайн Домой Выключить/включить текст