30
П
.
етербуржцы и петербурженки
графию, но и основное содержание
первобытно-религиозных мистерий,
которые в нем разыгрывались».
***
Итак, «сам образ живого Солн-
ца», светлейшего небесного бога
саамов, неосязаемо для непосвя-
щенных в его мистерию определяет
внутренний смысл святилища. Но
«не так называемый “бес”, к кото-
рому в первую очередь направляют
приезжего местные жители».
И все же фигура гигантского
«урода», рассеченного надвое глубо-
кой трещиной в монолитной скале,
с квадратной головой, поднятыми
вверх и разведенными в стороны,
словно для жуткого объятья рука-
ми, с растопыренными крючьями-
пальцами, с «западающим в воронку
ртом», по праву «царит над всеми
изображениями мыса Бесов Нос».
Только Лаушкин признал в ней
не «абсолютно необъяснимого с
точки зрения науки Беса», а «жен-
ское божество смерти, владычицу
нижнего мира» - мрачной Туонелы,
ибо помнил, что у древних карель-
цев, как у многих первобытных на-
родов, божеством смерти являлось
женское существо, а «Бесом» эта
фигура могла стать лишь в поздней
народной молве, и в своей работе он
переименовал ее в «Бесиху».
Но распределена была ей одна
из ведущих ролей в грандиозных
мистериях на этом мысу в качестве бо-
гини смерти. По флангам страшилище
сторожит жуткая свита - огромные
фантастические «неизбежные спут-
ники смерти, вызывающие чувство
гадливости и ужаса: скользкий налим
и ползучая гадина» - ящерица.
Он согласен на этот раз с
А М. Линевским, который «безукориз-
ненно доказал» - трещина первична,
а три фигуры вместе - единая ком-
позиция, вызревшая в воображении
древнего художника много позднее,
он благодарен ему за подсказку.
Три зловещих божества, сопри-
частных нижнему миру с его мраком
и холодом, «нечто вроде жуткой
триады смерти, смерть в ее трех
ипостасях»! Злобная первобытная
тройка не случайно собралась во-
круг трещины - таинственный вход
в глубь скалы в виде горизонтальной
щели в самой глубочайшей древ-
ности многими народами мыслился
входом в мир мертвых. И здесь, на
Бесовом Носу, глубокая береговая
трещина - «своего рода дверь в пре-
исподнюю», «в царство мертвых».
Где искать это мифическое цар-
ство? В одной из рун (49) «Калева-
лы» «преисподняя представляет со-
бой остров или холм среди воды».
На острове, возвышающемся на
северо-западе от святилища, называ-
емом Оленьим, В. И. Равдоникас во
время своей экспедиции обнаружил
огромный неолитический могиль-
ник. Им была высказана гипотеза о
«принадлежности оленеостровского
некрополя и петроглифов одной
племенной культуре».
Как всякий древний некро-
поль, он содержал свидетельства
о духовной жизни захороненных в
нем людей. Тщательно исследован-
ные К. Д. Лаушкиным материалы
захоронений вкупе с тщательно
уточненной им же топографией
местности не оставили сомнений -
между могильником и святилищем
«существует глубокая духовная
связь», «оба памятника являются
колоссальными фрагментами еди-
ной культуры древних обитателей
Прионежья».
Он мог считать себя «вправе рас-
сматривать могильник и петроглифы
как единый, хотя и грандиозный по
масштабам, археологический ком-
плекс». Открывалась перспектива
невероятно глубокого погружения
в необозримую вселенную древних
онежцев с ее обширным пантеоном
богов, перспектива реконструкции
их мифологии.
Прежде всего, высвечивалось
назначение группы фантастических,
сверхестественно огромных ладей,
украшенных головами солнечных
богов - лосей, с очень условными
и многочисленными «черточками»,
или «столбиками», на бортах. Для
разгадок тайн чудесного памятника
эта группа изображений «<.
..>имела
такое же принципиальное значение,
как группа солярных и лунарных
знаков».
В одну из отдаленных перво-
бытных эпох восточный берег Онего
был «не только местом, где живые
поклонялись солнцу, но и причалом,
откуда мертвые отправлялись в свой
последний путь», на Олений остров,
в похоронных ладьях. В наскальных
же, символических ладьях, «отплы-
вали к месту своего последнего успо-
коения» их души, изображенные
мудрым мастером схематично. Они
отбывали в царство мертвых «вместе
с солнечным богом, ежевечерне по-
глощаемым озером, в нижний, по-
тусторонний мир», в преисподнюю,
где « злые силы, чтобы обездолить
людей, прятали небесные светила
<...>», где «обитали гадины - лягуш-
ки, змеи, ящерицы».
Сторонники «капканной» тео-
рии хотели видеть и здесь реальные
ладьи и реальных людей, но теперь-
то мы знаем: наскальные рисунки
- это плод религиозных воззрений
древних, отражение их духовной
жизни, а не жанровые сценки с сю-
жетами рыбной ловли или охоты,
магия, а не летопись.
Рассуждения К. Д. Лаушкина от-
носительно «беса» и ладей мертвых
любознательные читатели при жела-
нии найдут на страницах 177-230 и
296-297 «Скандинавского сборни-
ка». № 5 за 1962 год.
Утверждение культа Солнца,
расшифровка сцены символического
жертвоприношения и композиции с
«бесом», разгадка истинного назна-
чения наскальных ладей - пролог,
вступление в многоголосую «симфо-
нию образов», фантастических для
нас и реальных для ее творцов.
Он отыскал «дверь», заветный
ключ повернулся в замочной сква-
жине, немые заговорили, и уже было
не уйти от захватившей ум и вооб-
ражение азартной игры - вечной
игры в богов, героев и бесов, врагов
рода человеческого, разыгранной на
гранитном «иконостасе» Онего.
Не в тумане домыслов - сквозь
магический кристалл интуиции и
логики, добавим, эрудиции, засвер-
кали невероятные фантастические
истории, первобытные фэнтези.
Проигрывая сюжеты «магиче-
ского театра Константина Лаушки-
на» - слова эти принадлежат Ольге
Балла, редактору сегодняшнего
журнала «Знание - Сила», трудно
остановиться. Завораживают уже
названия глав: «Лебеди-духи» - о
прекрасных птицах, трещины в
клювах которых говорят об их при-
частности к миру мертвых; «Колдун
и рыба» - о «нойде», или колдуне, за-
думавшем посетить страну мертвых,
оседлав волшебную рыбу; «Солнце
на закате» - здесь уже само солнце
оседлало быстроногого лося, по-
добно Фаэтону в его колеснице, оно
совершает свой ежедневный путь по
небосводу; «Луна и ведьма» - сюжет
о «торжестве по случаю одоления
лунным божеством злого духа»;
«Сотворение человека» - точнее
сотворение его души через духовное
воздействие на материнское лоно
великого мага и чародея; «Начало
История Петербурга. № 3 (43)/2008
предыдущая страница 29 История Петербурга №43 (2008) читать онлайн следующая страница 31 История Петербурга №43 (2008) читать онлайн Домой Выключить/включить текст