Б л
локада Ленинграда
распространением провокационных
слухов, в том числе и антисемитско-
го характера.
Еще одним важным средством
пропаганды была радиопропаганда.
Уже в первые дни войны из Берлина
на СССР стали транслироваться
в передачах на русском языке вы-
ступления Гитлера, призывавшего
убивать евреев, поскольку они
«заняли все руководящие посты»
и за то, «что за каждые 20 мин. опо-
здания на работу русских сажают в
тюрьму». Правда, результативность
радиопропаганды врага была резко
снижена изъятием у населения Ле-
нинграда всех радиоприемников. Но
продолжались пропагандистские
звукопередачи непосредственно на
фронтах Ленинграда. Еще одним ви-
дом психологического воздействия
на ленинградцев было отправление
им анонимных почтовых открыток
и писем, а также нацистской сим-
волики6.
Разведка 18-й германской ар-
мии с огромным интересом от-
неслась к записям в дневнике по-
гибшего на ленинградском фронте
красноармейца. Записи велись с 27
ноября 1941 года по 7 января 1942
года. Дневник был переведен на
немецкий язык и являлся своего
рода руководством к действию на-
цисткой агитации. Действительно,
практически в каждой записи со-
держался весь набор антисоветских
и пораженческих настроений: уве-
ренность в превосходстве немецкого
оружия, скорой победе Германии,
неверие советской агитации, осо-
бенно политрукам, пытавшимся
поднять боевой дух полуголодных
бойцов, и ненависть к евреям. В этой
связи он в ноябре 1941 года отмечал
постоянно растущую ненависть к
«евреям-торгашам». Очевидно, осо-
бенно порадовало командование ар-
мии рассуждение автора дневника о
будущей жизни русских под немец-
кой властью, что подтверждало «их
мнение о национальном характере
русских “недочеловеков”». Он пи-
сал: «Русский народ, если ему дать
один килограмм хлеба, никогда не
будет думать о революции. Он необ-
разован и глуп, и к тому же запуган
евреями.
.. которые обращаются с
ним как с падалью, но их господству
скоро придет конец.
.. Русский народ
превращается в дикарей, которые
верят самовластной еврейской по-
литике. Давно пора уже проснуться
<...> и повернуть оружие против тех,
кто гонит нас на смерть.
..».
Правда, анализ этого документа
вызывает вопросы. Во-первых, при-
казом советского командования ве-
дение дневников военнослужащими
было категорически запрещено под
страхом самого сурового наказания.
Во-вторых, трудно представить себе
запись в течение более месяца не-
избежно на глазах у сослуживцев
на передовой в боевых условиях
настроений и мыслей, которые даже
по отдельности грозили красноар-
мейцу расстрелом. Далее, вызывает
подозрение уж очень точный набор
сюжетов немецкой пропаганды,
да к тому же в такой связной кон-
центрированной форме. Создается
впечатление, что автор как будто
задался целью засвидетельство-
вать то, что работники немецкого
психологического фронта против
СССР работают не зря. В целом,
сам документ анонимного"" автора
вызывает сомнения, хотя, конечно, у
определенного ряда лиц, особенно в
первую блокадную зиму, подобные
настроения могли возникать.
Не меньшее удовлетворение
немецким агитаторам доставило
сообщение перебежавшего к нем-
цам 22 ноября 1941 года капитан-
лейтенанта Бурачкова, который
сразу же сообщил допрашивавшим
его немецким офицерам разведки,
что «из города в основном эвакуи-
ровалось еврейское население». Од-
нако при этом созданы спецчасти,
состоявшие «сплошь из политруков
и евреев», которые под угрозой
расстрела удерживают красноар-
мейцев в окопах. По его словам, на
«коммунистов и евреев» возложена
задача расстреливать тех, кто пы-
тался бежать к немцам. Поскольку
Бурачков находился в госпитале по
ранению с 24 июля по 9 сентября, а
затем провел десятидневный отпуск
в Ленинграде, то в записи допроса
не отмечена его особая осведомлен-
ность7. Скорее всего, перебежчик
прочитал немецкие листовки и
сообразил, что его новым хозяе-
вам хотелось бы услышать. Надо
сказать, что подобные сообщения
настолько вдохновили немецкое
руководство в правильности своих
агитационных установок, что оно
даже давало рекомендации своим
разведывательным группам.
Надо признать, что в военном
отношении немецкая войсковая
разведка и служба безопасности
СД действовали иногда успешно.
Например, были в общем хорошо
известны нормы продовольствен-
ного снабжения населения, а также
чисто военные цели. Более того, в
конце февраля 1942 грда немецкая
разведгруппа преодолела мощную
систему заградительной службы
и проникла в город со стороны
Финского залива. Она находилась в
городе неделю, тщательно разведала
и нанесла на карту военные объекты
города, вплоть до находящихся на
территории, прилегавшией к штабу
его обороны в Смольном, и благо-
получно вернулась к своим»8. Но
при этом агентам было приказано
тщательно следить и докладывать
о малейших проявлениях антисе-
митских настроений среди жителей
Ленинграда.
Задания эти, конечно, выпол-
нялись, и в «Сообщениях о Петер-
бурге» командования 18-й армии
начальнику Генерального штаба
Германии наряду с информацией об
обороноспособности города появля-
ются записи такого характера:
Сообщение № 4
от 9 октября 1941 г.
«Раздражение по отношению к
евреям и НКВД уже неоднократно при-
водило к оскорблениям в их адрес».
Сообщение № 5
от 19 октября 1941 г.
«Сообщают, что растет число
открытых оскорблений в адрес
евреев».
Сообщение № 6
от 31 октября 1941 г.
«В жестокое обращение не-
мецких солдат или насилие с их
стороны больше не верят, но ожи-
дают массовой расправы с евреями
и коммунистами».
Обращает на себя внимание, что
ничего не говорится об источниках
подобных сведений. Заметно также,
что немецкая военная разведка все
же старалась ограничиться кратки-
ми общими сведениями.
Сводки в Берлин начальнику
полиции безопасности СД были
идеологизированы и больше ориен-
тировались на негласные пожелания
начальства.
Поскольку нацистское руко-
водство искренне считало, что
сталинское руководство и комму-
нистическая партия особо покро-
вительствовали евреям, то в Берлин
сообщалось:
69
История Петербурга. № 3 (43)/2008
предыдущая страница 68 История Петербурга №43 (2008) читать онлайн следующая страница 70 История Петербурга №43 (2008) читать онлайн Домой Выключить/включить текст