П
е
етербуржцы и петербурженки
Великий княЗь М ихаил Александрович
В дни
Февральской революции
Е. И . Краснова
Конец февраля 1917 года. Раз-
гар империалистической войны.
Народ устал от войны, от недостатка
продовольствия. Практически все
слои населения критически отно-
сились к политике верхов и к са-
мому императору. Всем известно,
что он находится под влиянием
жены - императрицы Александры
Федоровны, а оба они были под
влиянием незадолго до того убитого
«Друга» - Григория Распутина. В
убийстве участвовали и члены цар-
ской семьи, в которой Александру
Федоровну не любили, а народ вообще
считал ее немецкой шпионкой.
Смерть Распутина ничего не
изменила, положение продолжало
накаляться. Развитие событий мож-
но проследить по сохранившимся
дневниковым записям нескольких
петербуржцев: «23 февраля. В городе
нет хлеба. Необыкновенно длинные
очереди. На Невском демонстрация с
требованием хлеба.
.. В демонстраци-
ях обычно впереди бегут мальчишки.
Демонстранты криками “Ура” при-
ветствуют отдельные части войск. В
общем, на улице оживление и даже
что-то праздничное».
24 февраля обстановка нака-
ляется: «Расклеено объявление
градоначальника о том, что в городе
мука появилась и будет хлеб, но на
самом деле нет ни того, ни другого.
Происходят одиночные побоища,
бьет полиция, войска пассивны.
Появились хулиганские погромы
мелких магазинов».
25 февраля: «Некоторые заводы
бастуют. Движение разрастается. На
Знаменской площади казак зарубил
пристава.»
26 февраля: «У храма Воскре-
сения Павловский полк стрелял в
полицию»1.
Николай II этого не видел - 22
февраля он уехал в ставку в Моги-
лев, где на следующий день получил
от жены неприятное известие, что
дети заболели корью. О событиях в
Петербурге, о которых ему, конечно,
Михаил Александрович
Романов
сообщали, до 27 февраля он в своем
дневнике даже не упоминал. 26-го
он записывал: «Написал Аликс (до-
машнее имя императрицы. -
Е.
К.)
и поехал по Бобруйскому шоссе к
часовне, где погулял. Погода была
ясная и морозная. После чая читал и
принял сенатора Трегубова до обеда.
Вечером поиграл в домино»2.
М. В. Родзянко
Между тем в тот день председа-
тель Государственной думы Михаил
Владимирович Родзянко, как запи-
сано в камер-фурьерском журнале,
телеграфировал царю: «Положение
серьезное. Правительство парализо-
вано. Транспорт, продовольствие и
топливо пришли в полное расстрой-
ство. Растет общее недовольство. На
улицах происходит беспорядочная
стрельба. Частью войска стреляют
друг в друга. Необходимо немедлен-
но поручить лицу, пользующемуся
доверием страны, составить новое
правительство. Медлить нельзя.
Всякое промедление смерти по-
добно. Молю Бога, чтобы в этот час
ответственность не пала на Венце-
носца»3.
27
февраля Комитет петроград-
ских журналистов, созданный при
Государственной думе, мотивируя
тем, что «.газеты не выходят. Собы-
тия идут слишком быстро. Населе-
ние должно знать, что происходит»,
начал печатать ежедневные выпуски
«Известий». В первом номере было
напечатано повеление императора
прервать занятия Государственной
думы, что все, естественно, расце-
нили, как ее роспуск.
Василий Витальевич Шульгин
писал: «Не подчиниться указу госу-
даря императора, т. е. продолжать
заседания Думы, - значит стать
на революционный путь. Оказав
неповиновение монарху, Государ-
ственная дума тем самым подняла
бы знамя восстания и должна была
бы стать во главе этого восстания со
всеми его последствиями»4.
На это большая часть депутатов
не могла пойти. У них протест против
пути, которым шел государь, - пути к
пропасти переплетался с уважением к
престолу. При этом не хотелось терять
и уважение народа.
Был найден компромиссный
путь: императорскому указу под-
чиниться, считать Думу нефунк-
ционирующей, но членам Думы не
разъезжаться, а собраться на «част-
29
История Петербурга. № 4 (44)/2008
предыдущая страница 28 История Петербурга №44 (2008) читать онлайн следующая страница 30 История Петербурга №44 (2008) читать онлайн Домой Выключить/включить текст