П
е
етербуржцы и петербурженки
32
М ихаил Александрович да-
лее писал, что в тот же день (т. е.
1 марта) «днем были Воронцовы и
Врангель. Вечером был Клопов, кот.
пробыл до 3 1/2 ночи. Я написал
письмо Родзянко. Вся власть со-
средоточилась в руках Временного
комитета (Врем. комитет Гос. думы.
-
Е.
К.), кот. очень тяжело ввиду
сильного давления на него со сто-
роны союза рабочих и солдатских
депутатов»11.
От тех депутатов и прятали на
Миллионной ул. великого князя,
чтобы никто не знал, что Родзянко
и новый Совет министров имеют
связь с царской семьей.
Дальше он писал: «Родзянко
должен был ко мне приехать, но не
смог этого выполнить. Алеша при-
шел около 2 ч. и остался на ночь».
К сожалению, не удалось выяснить,
кто такой Алеша, который остался
ночевать.
Приходивший к Михаилу Алек-
сандровичу Врангель - это явно
его адъютант генерал-майор барон
Николай Александрович, двою-
родный брат известных Петра и
Николая Николаевичей Врангелей,
прапраправнук А. П. Ганнибала12.
При великом князе состоял с 1901
года, сначала делопроизводителем,
потом управляющим делами, секре-
тарем, с 1912 года - адъютант. Жил
все время в домах Михаила Алек-
сандровича на Галерной, 55 и 38. В
1903 году Михаил Александрович
был восприемником при крещении
сына Врангеля.
Воронцовы - это адъютант
Михаила Александровича граф Ил-
ларион Илларионович Воронцов-
Дашков и его вторая жена Людмила
Николаевна, оставившая довольно
путаные воспоминания о тех днях,
в которых она утверждала, что если
бы Михаил Александрович слушал
ее советы, то все было бы в порядке13.
И. И. Воронцов-Дашков - друг М и-
хаила Александровича с детских лет.
Когда по инициативе наместника
Кавказа Иллариона Ивановича
Воронцова-Дашкова была сформи-
рована кавалерийская дивизия из
представителей кавказских народ-
ностей («Дикая дивизия») и ею ко-
мандовал Михаил Александрович,
то Илларион Илларионович был
командиром Кабардинского полка.
Просидевший чуть не до утра
Клопов - очень интересный человек.
Анатолий Алексеевич Клопов - сын
купца, мелкий чиновник в отставке,
в 1917 году ему уже далеко за 70 лет.
Когда-то он увлекся статистикой, в
которой стал хорошим специали-
стом. Сумел войти в доверие сна-
чала к великим князьям Николаю
и Александру Михайловичам, а
через них и к самому императору,
разрешившему Клопову писать ему
письма, минуя промежуточные ин-
станции. Николай II рассматривал
их как связь с народом. Недавно
был опубликован сборник этих пи-
сем (несколько сотен). В письмах
Клопов сообщал статистические
данные, потом стал давать советы
сначала по сельскому хозяйству, по-
том дошел и до политики. Особенно
активизировалась его деятельность
в предреволюционное время. Он
кроме великих князей поддерживал
связь с начальником штаба Верхов-
ного главнокомандующего генера-
лом М. В. Алексеевым и с одним
из лидеров буржуазной оппозиции
князем Г. Е. Львовым, которого сове-
товал сделать председателем Совета
министров, (потом он стал таковым
во Временном правительстве). Не-
которые высокопоставленные лица
и даже великие князья иногда свои
мысли старались внушить импера-
тору через Клопова. Председатель
Государственной думы М. В. Род-
зянко писал: «Я решил прибегнуть
к помощи некоева Клопова, старого
идеалиста, патриота, которого царь
давно знал, любил и допускал к
себе»14. Еще 23 января Клопов на-
писал письмо царю, а 29-го получил
аудиенцию, на которой вручил еще
одно письмо. Он писал: «Вы разо-
шлись с Россией.
.. Правительство,
Вами поставленное. разошлось и с
Государственной Думой, и с Государ-
ственным Советом и с земствами и с
городами. Как народ может понять
Вас, когда Вы под влиянием этих
людей идете против страны». Пишет
о том, что надо идти на уступки,
иначе «может разыграться такая
анархия, что она все сметет». Копию
письма Клопов направил великому
князю Михаилу Александровичу, с
которым встречался регулярно.
По просьбе Михаила Алексан-
дровича в тот же день, 1 марта, еще
раз очень поздно вечером приезжал
к нему Николай Никитич Иванов,
тоже оставивший интересные вос-
поминания15.
Иванов писал, что «у великого
князя сидели секретарь Джонсон,
его управляющий - присяжный
поверенный Матвеев и какой-то
штатский старичок по фамилии, ка-
жется, Чехович». Судя по тому, что
говорил так называемый Чехович,
Иванов ошибся - это был Клопов.
Да и сам Михаил Александрович
писал, что Клопов был у него в ночь
с 1 на 2 марта.
В ответ на вопрос великого
князя о судьбе манифеста Иванову
пришлось ответить, что он «принад-
лежит уже истории».
Дальше события развивались
столь стремительно, что 1 марта
Родзянко уже должен был поста-
вить вопрос об отречении царя.
Теперь, наконец, Николай II увидел,
что дело серьезно.
Сразу возник юридический
вопрос о законности отречения,
противоречившего закону о пре-
столонаследии. М ихаил не был
наследником и был женат морга-
натическим браком. Кстати, такой
вариант не нравился и великим
князьям, которые боялись не столь-
ко Михаила, сколько его умной
и властолюбивой жены графи-
ни Брасовой. Сам великий князь
Михаил Александрович к трону
никогда не стремился. По складу
своего характера он совершенно
не годился на роль самодержца, но
некоторые считали, что из него мог
бы получиться неплохой консти-
туционный монарх. Пять лет своей
жизни после смерти брата Георгия
он считался наследником и очень
обрадовался, перестав быть таковым
после рождения у императора сына
Алексея. В середине того периода он
В. В. Шульгин
История Петербурга. № 4 (44)/2008
предыдущая страница 31 История Петербурга №44 (2008) читать онлайн следующая страница 33 История Петербурга №44 (2008) читать онлайн Домой Выключить/включить текст