П
утешествие по городу
зано в этом на том основании, что
грамота была недействительная,
т. к. Петр вместо печати приложил
к ней рубль.
Надо полагать, что при Екате-
рине I и Петре II Лакоста сохранял
за собой должности придворного
шута и «самоедского короля». Но
его звезда вновь взошла именно в
правление Анны Иоанновны, как
известно, особенно любившей шу-
тов. Правда, последние не имели
такого влияния при дворе, как при
Петре I. Царь держал шутов не
только для своего увеселения, но как
одно из орудий насмешки против
невежества. При Анне Иоанновне
их «статус» упростился: они испол-
няли роль обычных скоморохов.
Ученый швед Карл Рейнхольд
Берк, побывавший в Петербурге в
1730-х годах, выделяет среди пя-
терых придворных шутов именно
Лакосту. «Прочие шуты, - писал
он, - глупые жулики, служба ко-
торых состоит в том, чтобы полу-
чать оплеухи, ставить подножки и
громко хохотать, когда случается
что-нибудь смешное»36. Он также
сообщал, что в 1735 году Лакоста
получил новый орденский знак
Св. Бенедикта, учрежденный Анной
Иоанновной для поощрения своих
шутов. По словам Берка, этот орден,
который был чрезвычайно похож на
орден Александра Невского, был по-
крыт красной эмалью, с маленькими
отшлифованными драгоценными
камнями вокруг; его носили в пет-
лице на красной ленте.
Последнее упоминание о Лако-
сте мы находим в том же 1735 году.
Его имя названо в указе камер-
цалместеру о расходах из комнатной
суммы Анны Иоанновны. «Указали
мы, взнесенные в комнату нашу,
деньги, сто рублев, - говорится в до-
кументе, - которыми осыпал Лакост
во время ево аудиенции самоядей,
оные записать тебе в расход. Анна»37.
Внизу под документом мы находим
подробное пояснение этого указа:
«Шут Лакоста разыгрывал роль
важной особы при представлении
самоедских выборных и, выслушав
их приветствие, в старинной одежде
московскаго двора.
.. сыпал серебро
пригрошнями из мешка, с тем,
чтобы, для большей потехи госуда-
рыни, смотревшей на шутовскую
церемонию, самоеды, бросившись
подбирать деньги, потолкались и
подрались между собою»38.
После 1735 года судьба Лакосты
более не прослеживается. Исследо-
ватели XIX века также признают,
что год смерти знаменитого шута
остается пока неизвестным. К это-
му мы можем только добавить,
что сын Лакосты Яков Христиан
в 1739-1740-х годах служил в
полевой артиллерии капралом и
сержантом, а в 1740 году был по-
жалован «в армейские полки под
поручиком»39.
Возвращаясь к фонтану «Ла-
коста», можно предположить, что
такое название явилось знаком
особого благоволения к шуту со сто-
роны Анны Иоанновны. Остается
только сожалеть, что этот памят-
ный водомет, впрочем, как и другие
фонтаны Летнего сада, значительно
пострадал после опустошительного
наводнения 1777 года.
Это наводнение не на шутку ис-
пугало даже Екатерину II, которая
и в своем дворце не чувствовала
себя в безопасности. По словам
ее современников, в ночь на 10
сентября большая площадь перед
дворцом императрицы «сделалась
морем»40, о чем было немедленно
доложено Екатерине. «Монархиня.
..
соизволила прийтить к окнам, - пи-
шет очевидец, - приказала выбить
стекла для усмотрения пресильнаго
движения тех вод, и, сколь соизво-
лила усмотреть везде ревущия воды,
тотчас стала на колени, и призван
был священник для служения служ-
бы»41. В ту ночь Нева поднялась до
отметки 310 см, так что вода стояла
вровень с окнами дворца Петра
I, а вся территория Летнего сада
была затоплена примерно на метр.
Наводнение сопровождалось ура-
ганным ветром. В результате бури,
свирепствовавшей около двух су-
ток, в значительной степени были
уничтожены зеленые насаждения,
садово-парковые сооружения, и
значительно повреждена водопро-
водная фонтанная система. «В сем
году сад почти совсем опустошен
был ужасною бурею и великим на-
воднением, - сообщает академик
Я. Штелин, - высокие и густые
деревья с корнем вырваны и одно
на другое повержены»42. Другое
свидетельство о последствиях
этого наводнения в Летнем саду
мы находим в письме неизвестного
автора, которое было послано в
Тихвин. Он сообщал, что «в садах
беседки, гульбища, галлереи и тому
И. И. Бецкий (Jean de Betzkoy).
Гравюра 1757 г.
ж подобныя, равно инжереи (оран-
жереи. -
А.
Е.) в прах изгибли, и ка-
кое ж жалостное состояние поутру
смотреть было.
..»43.
В научной литературе существу-
ет ошибочное мнение, что фонтаны
после этого наводнения никогда
не пытались восстанавливать. Но
это не так: до 1780 года водометы
Летнего сада еще услаждали взоры
его посетителей. Когда в том же
году возник вопрос о строитель-
стве каменной набережной вдоль
Фонтанки, Екатерина предложила
разобрать водовзводные башни
и мост через реку (по которому
шли фонтанные трубы); это было
необходимо из-за увеличения су-
доходства по Фонтанке44. В связи с
этим архитектор П. М. Егоров вы-
полнил по поручению Канцелярии
от строений проект восстановления
фонтанной системы Летнего сада,
но уже в следующем, 1781 году
Екатерина писала начальнику кан-
целярии от строений И. И. Бецкому:
«Иван Иванович, как в разсужде-
нии фонтанов находящихся в саду,
летняго нашего дворца Мы имеем
особое намерение.
и повелеваем
всякую работу до сих фонтанов ка-
сающуюся остановить, а сумму на то
отпущенную обратить на окончание
строения в Ермитаже» 45.
Императрица, по всей видимо-
сти, не желала идти на значительные
расходы по восстановлению фон-
танной системы сада, т. к. нужда-
лась в средствах на строительство
Эрмитажа. В связи с этим также
2 5
История Петербурга. № 6 (46)/2008
предыдущая страница 24 История Петербурга №46 (2008) читать онлайн следующая страница 26 История Петербурга №46 (2008) читать онлайн Домой Выключить/включить текст