С
овременные мемуары
26
Дом на углу Большеохтенского пр. и Панфиловой ул. (№ 53/6),
в котором мы жили
(ныне снесен)
ской. О юности же человечества
мы знали из приключений храброго
Нао, вернувшего огонь племени
уламров. Не перечислить здесь всех
чудных книг, щедро даривших нам
радость. От первой встречи с ними
прошла уже целая жизнь, они чита-
ны собственным детям и внукам, но
продолжают вызывать слезы благо-
дарного умиления.
Мы с братом любили проигры-
вать друг с другом самые увлека-
тельные места из прочитанного.
Котя со смехом цитировала под-
слушанный ею диалог, вероятно, по
мотивам Дюма: «Монсеньер, опу-
стите вашу шпагу, что будем делать
с этим презренным трусом?» - «В
рыло ему дать, в рыло!» Стыжусь,
но последняя рекомендация при-
надлежала мне.
В роли действующих лиц этих
проигрываний выступали две лю-
бимые нами игрушечные обезьянки,
изрядно облезлые от частого упо-
требления. Мы играли с ними лет
до десяти, пока, начитавшись «При-
ключений Тиля Уленшпигеля», не
начали воспроизводить на беднягах
страшные пытки и казни, творимые
инквизицией. Тут Котя не выдер-
жала и прикрыла наши садистские
развлечения.
Знакомство с литературой по-
буждало к сочинительству. «На
острове Мадейра. Роман. Том 1» -
вывел как-то на чистом листе бра-
тец. Я умирал от зависти, ибо сам
выдумать такое красивое название
не мог. Правда, дальше титула со-
чинение об экзотическом острове
не продвинулось.
Из настольных домашних игр
мы много занимались картами. От
составления карточных домиков
мы быстро шагнули к «акулине»,
«пьянице» и «подкидному дураку».
Иногда в наших карточных батали-
ях, притом не без азарта, принимала
участие Котя. Она обучила нас
менее распространенным, но увле-
кательным играм - «шестьдесят
шесть» и «пятьсот одно».
В нашу культурную программу
входили посещения Эрмитажа, где
работала тетушка. Помню разочаро-
вание и усталость после созерцания
европейской классики. Хорошо,
если на картинах изображались
сражения или сцены охоты, а мало-
понятные библейские сюжеты меня
не увлекали. Интереснее были часы-
павлин, а самый восторг - рыцар-
ский зал. Благодаря тетушкиным
знакомствам, нас пускали иногда в
запасник оружейного отдела, где все
можно было трогать руками. При-
знаюсь, что природная тяга мужчин
к оружию до конца во мне еще не
угасла. Я завидую себе маленько-
му - хотелось бы вновь примерить
рыцарский шлем, взмахнуть мечом
или приложиться к арбалету!
...У стола, за которым я работаю,
крутится пара младших внуков, все-
му предпочитающих «мультики»,
заполнившие их досуг через теле-
видение и компьютеры. Возможно-
сти внуков познавать мир намного
превосходят те, что были раньше,
но о большинстве известных нам
в этом возрасте исторических со-
бытий и книжных героев они даже
не слышали. Секрет нашей большей
«учености» очень прост - старшие
в семье находили время заниматься
детьми. Низко кланяюсь им за это.
Нашим просвещением занима-
лись все взрослые, но Котя лучше
помнится в другом качестве - грех
не сказать о ее кулинарных талан-
тах. Удивительно, но сама Котя,
обреченная болезнью на строгую
диету, приготовленных ею кушаний
есть не могла.
Котя стряпала на большую
семью, в ее задачу входило делать
это быстро и, по возможности, не-
дорого. Кормились мы хорошо, но
кулинарные изыски на столе по-
являлись редко. Зато праздники,
выпадавшие утробе, хорошо запом-
нились. С детских лет я не пробовал
больше шарлотки, запеченной в
чудо-печке*: под ее смуглой короч-
кой скрывалось упоительно нежное
нутро, источавшее сладкий сок и
аромат яблок. Высшим Котиным до-
стижением были маленькие, жаре-
ные на сковороде пирожки с мясом
и капустой. Мы любили помогать
их созданию - стаканом вырезали
из раскатанного теста кружочки,
раскладывали на них начинку и
защипывали края. Готовые изделия
складывались в накрытую полотен-
цем миску, куда можно было сунуть
жадную руку, выбрать не самый
горячий пирожок, подуть на него,
и... тут я стыдливо замолкаю, ибо
нет слов выразить наступавшее бла-
женство. Незабываем и прохладный
клюквенный морс, которым Котя
поила нас во время болезней.
Есть много сладкого считалось
вредным. Сладости Котя выдавала
нам только после еды и штучно,
самим их брать не разрешалось.
Многие из тогдашних вкусностей
потом исчезли: не стало похожих
на монеты разноцветных театраль-
ных пастилок, крепко склеивавших
зубы настоящих тянучек, одетых
снизу в лепесток пергамента, вос-
хитительных сливочных помадок,
тоже сидевших в гнездышке из
гофрированной бумаги, нарядных
* Кухонное приспособление круглой формы с дыркой посередине для печения пи-
рогов, коврижек и т. п. на открытом огне. Готовые изделия, в нем приготовленные, имели
характерную форму широкого кольца.
История Петербурга. № 2 (48)/2009
предыдущая страница 25 История Петербурга №48 (2009) читать онлайн следующая страница 27 История Петербурга №48 (2009) читать онлайн Домой Выключить/включить текст