Современные
мемуары
18
Завета, священной для евреев кни-
ги, отказывался.
После смерти патрона Меер
оставил должность и завел соб-
ственную лесоторговлю на основе
жалованных ему графом лесных
дач. Большинство деловых партне-
ров прапрадеда были поляки. Как
рассказывали, во время польского
восстания его вызвал могилевский
губернатор и приказал доносить о
настроениях знакомых поляков. От-
казаться он не посмел, но поспешил
уведомить соседей, что назначен
шпионом Его Величества и впредь
отказывается вести разговоры на
политические темы.
Меер был по характеру чело-
век крутой и недобрый. Он усвоил
обычаи шляхты, среди которой
жил, - имел собственный выезд и
подававшего ему трубку казачка, а
подопечные крестьяне даже после
ухода Меера с должности и отмены
крепостного права продолжали
ломать перед его домом шапки. С
окрестными помещиками держался
независимо и позволял себе отпу-
скать в их адрес шутки, что в обще-
стве ясновельможных панов еврею
было не положено.
В семье Меер был самодуром -
любимым внукам вручал подарки с
лаской, нелюбимым грубо швырял
через стол, но очень почитал мать.
Известна сцена в кабинете прапра-
деда: туда зашла ветхая старушка и
в присутствии посетителей отвесила
ему оплеуху. Хозяин смущенно объ-
яснил гостям, что «маме все можно,
у нее сливки к кофе оказались про-
кисшими». Дожил Меер до глубокой
старости. Замечательно сделанное
им перед смертью распоряжение:
«Я всегда был франтом. Пусть саван
мне сошьют в талию».
Похоже, что Меер понимал и
ценил искусство. В семье сохра-
нялся его портрет кисти Тараса
Шевченко, Котя боялась в детстве
пронзительного жесткого взгляда
изображенного на картине предка.
Предметы искусства приобретались
им и в заграничных путешествиях,
но потомки оценить их не умели.
Котя помнила, как в детстве она с
братьями прыгала по сложенным в
сарае рамам и наслаждалась хрустом
вставленных в них стекол - то были
привезенные ее прадедом из Италии
венецианские витражи.
Число потомков Меера нам не
известно, но, вероятно, оно значи-
Котя гимназистка
тельно. Только у одного его сына
Лейба (Льва), приходившегося Коте
дедом, было неустановленное число
дочерей и четверо сыновей; все сы-
новья получили высшее образова-
ние, что для евреев в то время было
редким явлением. В лице много-
численных потомков Меера Россия
обрела немало полезных образован-
ных граждан - медиков, инженеров,
ученых, коммерсантов, юристов, а во
время войн - солдат. В разветвлен-
ной семье Рогинских встречались
и люди необычной судьбы. Одна
из дальних Котиных родственниц
окончила медицинский факультет
Сорбонны и несколько лет служила
врачом в гареме не то у Тунисского
бея, не то в Алжире, о чем написала
потом книгу.
Лесоторговля оставалась фа-
мильным занятием Котиной ветви
Котя с сестрами и братьями.
Фото 1880-1890-х гг.
История Петербурга. № 3 (49)/2009
предыдущая страница 17 История Петербурга №49 (2009) читать онлайн следующая страница 19 История Петербурга №49 (2009) читать онлайн Домой Выключить/включить текст