(Рецензия на монографию И . ЛисаевиЧ
«Ещ е горит моя ЗвеЗда.»
(СПб.: Образование. 2008. 336 с.)
Р. Ш . Ганелин
Р
ецензия
В литературе по истории Пе-
тербурга появилась яркая и глу-
бокая книга историографического
характера, воссоздающая картину
многолетнего изучения и пропаган-
ды истории города, проводившихся
во второй половине прошлого века.
Имею в виду описание своей жизни,
выполненное известным совре-
менным историком петербургской
архитектуры Ириной Игнатьевной
Лисаевич. Основным достоинством
этой работы, придающим ей широ-
кий общественный интерес, явля-
ется склонность автора увязывать
течение своей жизни, начиная с
детских лет, с событиями в истории
государства. Под влиянием этих
событий детство и молодые годы
И. И. Лисаевич были во многом
трагическими. Это обогатило содер-
жание ее воспоминаний и сделало
их важным мемуарным источником
по истории советского общества.
Особый интерес к ним автора
настоящих строк вызван тем, что
он учился с И. И. Лисаевич в одной
школе, а затем - на историче-
ском факультете Ленинградского
университета (искусствоведче-
ское отделение, которое закончила
И. И. Лисаевич, входило в состав
истфака). Нашу школу на ул. Мира,
которая сначала была 1-й образцо-
вой, а затем имела номера 67 и 80,
И. И. Лисаевич описывает точно
и выразительно. Ее директриса
М. Я. Перкина, пользуясь своим
партийным авторитетом, собрала
в ней группу квалифицированных
и подлинно интеллигентных учи-
телей дореволюционной школы
и присматривала за их не столь-
ко благонадежностью, сколько
безопасностью. В школе учились
дети «ответработников» (тогда это
так называлось), квартировавших
в громадном доме № 26/28 по Ка-
менноостровскому просп.1 и при-
мыкавшем к нему небольшом доме
по Кронверкскому просп. К этому
микрорайону (название появилось,
мне кажется, позже) следует до-
бавить дом на наб. Карповки, 13,
построенный, если не ошибаюсь, в
1936 году и называвшийся в школе
вторым домом Обкома. Задуман он
был для «кировцев», но заселен уже
«ждановцами», дети которых тоже
оказались в нашей школе, вместе
с тем, родители которых исчезли.
Так, со мной на одной парте сидел
Феликс Запорожец, отец которого,
заместитель начальника Ленинград-
ского УНКВД Иван Васильевич За-
порожец (Гарькавый) был арестован
после убийства Кирова, осужден на
3 года и назначен начальником Дор-
строя на Колыме, умер он, по другим
сведениям —
был расстрелян, в
1937 году. Не помню, когда Феликс
исчез из нашей школы, но было это
позже 1937 года. А наш товарищ
В. Гутман был сыном начальника
Особого отдела при Жданове, аре-
стованного во время блокады.
Скромность и естественность
поведения были присущи нашим
школьным товарищам независимо
от высокого положения их роди-
телей. И. И. Лисаевич именно так
пишет о своей однокласснице Алле
Кузнецовой, отец которой был в
Ленинграде первым лицом. В этом
отношении М. Я. Перкина была
несгибаема, возможно, потому, что
на таких же началах действовала
московская кремлевская школа в
Старопименовском переулке под
названием, если не ошибаюсь, 25-я
школа Свердловского района2.
М. Я. строго следила за тем, чтобы
в школу попадали любые дети с
ближайших улиц и чтобы в каждом
классе была разнородная в социаль-
ном отношении среда.
Но хватит о нашей школе, ко-
торой посвящена книга писателя
М. Панича «Такие мальчики» о ее
учениках, погибших на войне.
Школьница младших классов
во время описываемых ею событий,
И. И. Лисаевич, много десятиле-
тий спустя оказалась в состоянии
описать с высокой человечностью
ужасы войны и блокады, предан-
ность Родине, проявленную и теми,
кто до войны жестоко пострадал от
советской власти. «Сегодня, прожив
и пережив многие годы, - пишет
она, - я задаю себе неизменный
вопрос: откуда у людей, уже так
много переживших, брались силы,
мужество, терпение и, несмотря ни на
что, любовь к своей Родине? Это ведь
не было продиктовано страхом! Эти
чувства всколыхнулись не насильно,
не из-под палки, но по велению, в том
числе, и миллионов истерзанных и
отчаявшихся душ» (с. 104).
Жизни и смерти в блокаде
посвящена и значительная часть
только что вышедших воспомина-
ний другого выпускника истфака
А. Б. Давидсона, окончившего ЛГУ
на год позже И. И. Лисаевич. Его
детство было еще трагичнее, он и
родился в Сибири, куда его мать
отправилась за ссыльным. А. Б. Да-
видсон стал одним из крупнейших
российских специалистов по исто-
рии зарубежных стран, известным
во всем мире африканистом. Вот что
написал он о том, к чему относятся
слова И. И. Лисаевич о «миллионах
истерзанных и отчаявшихся душ»:
«“Человек начинается с горя”. Чаще
друзья познаются в беде. Это не
значит, что надо родиться в ссылке.
Необязательно, чтобы ты голодал,
болел цингой, жил под бомбежками,
чтобы тебя ели вши. чтобы ты не
мог получить столичную прописку.
..
чтобы тебе постоянно напоминали
твои анкетные данные.
Чтобы ты
бывал безработным и десятилетия-
ми - невыездным.
9 7
История Петербурга. № 3 (49)/2009
предыдущая страница 96 История Петербурга №49 (2009) читать онлайн следующая страница 98 История Петербурга №49 (2009) читать онлайн Домой Выключить/включить текст