П
.
е те р б у р ж ц ы и п е т е р б у р ж е н к и
60
директора Русского Общества Па-
роходства и Торговли (РОПИТ).
В России не было недостатка в
«золотых рабочих руках», но часто
был недостаток в бескорыстных
начальниках. И уж тем более на-
чальниках, заботившихся о своих
подчиненных. Михаил Ильич был
как раз таким человеком, и это
не могли не оценить работавшие
рядом с ним. Подкупала его совер-
шенная бескорыстность - редчай-
шее качество, достающееся только
людям великим душой.
У Михаила Ильча Кази был
маяк в жизни, и он целенаправлен-
но, как большой красивый корабль,
шел к нему. Маяком этим было
благосостояние России.
Со вступлением в должность
Управляющего Балтийским заво-
дом для Михаила Ильича начался
новый жизненный этап. Для Бал-
тийского завода - тоже. Должность
эта снискала ему громкую славу.
Он получил редкое в России от-
личие - значок Императорско-
го Технологического института
«honoris causa». Значок этот очень
ценил и шутя говорил, что не рас-
стается с ним даже в постели. Он
вообще был очень остроумный и
общительный, любил шутки, ро-
зыгрыши. Иногда закажет столик
в ресторации, придет первым, и
ему становится скучно ждать. Он
посидит, посидит, а через некото-
рое время посетители начинают
оглядываться: за столиком смех,
женские голоса, а сидит за ним все-
го один респектабельный господин
с благородным профилем.
..
Однажды Михаил Ильич дол-
жен был ехать в Москву с какой-
то очень ответственной миссией.
Он пришел на железнодорожный
вокзал, занял вагон. Состав не
отправлялся. Прошел час, дру-
гой.
.. Начальник станции ходил
по вагонам: «Придется подождать,
господа.
..» Михаил Ильич ждал,
ждал, а потом «в разорении чувств»
вскочил и «свирепым басом» на
начальника: «Долго еще прикажете
торчать в этой проклятой дыре!» -
«Не извольте беспокоиться, Ваше
превосходительство!» И поезд
тронулся.
.. «Для него это дыра! С
этим господином нельзя шутить,»
- объяснял перепуганный началь-
ник станции находившемуся в со-
седнем вагоне министру финансов
графу Сергею Юльевичу Витте, с
которым и направлялся Михаил
Ильич в Москву по Высочайшему
поручению Его Императорского
Величества.
В результате управления Бал-
тийским заводом Михаил Ильич
сделал из фабрики, подлежавшей
закрытию, один из лучших судо-
строительных заводов Европы.
Создал для завода ремесленную
школу и ввел форменную одежду.
Увеличил за время своего дирек-
торства заработную плату рабочих
более чем на 50%, а также открыл
заводскую столовую для рабочих,
что тогда было большим новше-
ством.
Михаил Ильич относился, как
бы сейчас сказали, к «самой высшей
российской элите». Вот как писал
известный литератор Владимир
Гиляровский: «Огромный выста-
вочный ресторан «Эрмитаж» с об-
ширными террасами, уставленны-
ми сотнями богато сервированных
столов, с полудня переполнялся
завтракающими, обедающими и
ужинающими.
.. Шум, музыка в
разных местах и время от времени
оглушительный колокольный звон:
это проба колоколов фирм, разве-
сивших на звонницах свой товар.
..
На террасе был особый по-
четный стол, куда обыкновен-
ные посетители не допускались.
Сюда садились высшие чины ад-
министрации и некоторые при-
глашенные лица. Здесь всегда
завтракали В. И. Ковалевский,
М. И. Кази, писатель Д. В. Григорович,
П. П. Семенов Тян-Шанский, адми-
рал Макаров.
..».
И вот Михаил Ильич Кази, -
которого так боялись нерадивые
чиновники, с которым дружили
ученый Ковалевский (один из
основателей Санкт-Петербургского
Политехнического института),
путешественник Семенов Тян-
Шанский, адмирал Макаров, - этот
господин в черном фраке с белой
манишкой, неустанно заботился о
людях, чьи судьбы были в его руках.
Заботился о рабочих, о строителях
Всероссийской выставки, о жите-
лях Петербурга и Севастополя. Это
было не напоказ, а делом его чести.
Помнить о людях - прекрасная
черта Михаила Ильича.
Чтобы люди при совместной
работе стремились к общей цели
и создавали гармоничное целое -
вот это трудно, - говорил Михаил
Ильич. Достигнуть этого можно
лишь постоянною неусыпною за-
ботливостью.
Завод, - часто повторял он, -
это не здание и не машины, которые
можно выстроить вновь.
.. Завод это
в первую очередь люди.
...
Заботясь о материальном по-
ложении рабочих, Михаил Ильич
Кази почти полностью устранил си-
стему штрафов. Зато широко ввел
и всячески поддерживал систему
поощрений, увеличивая общую
сумму денег не только на премии
рабочим, но и на празднование об-
щего заводского события закладки
судов и при спуске их на воду.
В исключительных случаях,
как это было с эпидемией холеры
в 1891 году, не останавливался и
перед исключительными мерами.
Он возвратился из-за границы,
где лечился, раньше, чем предпо-
лагал, потому что узнал из газет об
эпидемии холеры в Петербурге и
был убежден, что он один сможет
принять решительные меры про-
тив ее распространения между
рабочими. Читаем его письмо того
времени:
«Я приехал в С.-Петербург в
очень тревожном настроении, зная
что было в Баку, Астрахани, Сара-
тове, Воронеже. Я знал, что холера
распространяется преимуществен-
но в низшем классе населения - на
Балтийском заводе было около
3 000 рабочих, которые (не считая
рабочих подрядчиков) со своими
семьями составляют не менее
9 тысяч душ населения столицы,
живущего в неблагоприятных ги-
гиенических условиях.
.. С 31 июля
я принялся за устройство столовой
для тех мастеровых, которые не
имея семей, кормятся с лотков на
улицах или в ближайших тракти-
рах всякою дешевою гадостью.
.. и
организовал лечение семей рабочих
на дому и наблюдение за чистотой
их жилищ в Гавани и на окраинах
Васильевского острова, и открыл
временный лазарет специально для
желудочных заболеваний.
..»
Заканчивает это письмо к сво-
им друзьям Михаил Ильич знаме-
нательной фразой: «И не было ни
одного смертного случая». Человек
может все победить, если приложит
старание, и будет честно служить
своему делу. Социальный вектор
его деятельности незамедлитель-
но сказался на жизни рабочих.
История Петербурга. № 4 (50)/2009
предыдущая страница 59 История Петербурга №50 (2009) читать онлайн следующая страница 61 История Петербурга №50 (2009) читать онлайн Домой Выключить/включить текст