Б
локада Ленинграда
7 2
передать, что она всегда любила его
и прощала ему его выходки, потому
что знала, что он ее любит по-своему
и всегда заглаживал свою вину. Она
советовала ему жениться на Але.
Она просила еще раз сказать ему,
что гордится тем, что он защищает
Родину в Балтфлоте. Если в Мари-
енбурге уцелеет дом, то мы говорили
с ней о том, что пусть он будет пере-
дан Володе, но с непременным усло-
вием, чтобы мы могли приезжать
туда летом погостить, словом, чтобы
все это напоминало нашу довоенную
жизнь. Перед смертью у нее было
несколько мучительных часов, она
была в это время одна, я должна
была идти на Петроградскую, а
Маруся - оформлять Вовкины до-
кументы. Потом вернулась Маруся
раньше меня, они хорошо, душевно
поговорили, она успокоилась. Мне
все хотелось ее еще лечить, но она
умоляла не мешать ей умирать. Я
старалась сделать для нее все воз-
можное в наших условиях, чтобы
облегчить и скрасить последние дни
и часы. Она поняла это и ценила.
Умерла она тоже во сне. У нее за час
до конца началась рвота. Она попро-
сила переложить ее на бочок и под-
переть спину подушкой и укрыть
еще потеплее. Потом она уснула.
Даже всхрапнула. Потом стало
странно тихо. Я подошла и огладила
лоб и лицо - оно уже холодело.
Мы с Марусей подождали час -
убедились, что все кончено. Теперь
внук и бабушка лежат успокоенные,
а нас тревожит и мучает, - удастся
ли нам похоронить их достойно. И
если для них приходится сейчас
много бегать, справляя документы,
то их продовольственные карточки
более чем существенны для нас,
особенно для поддержки Маруси.
Начинается борьба за жизнь и укре-
пление Маруси, она еще очень слаба,
ей довелось сразу много испытаний,
и поднять ее нужно. Держится она
стойко, героем, и нужно развить эту
сопротивляемость и бодрость духа.
У меня странное, спокойно-
торжественное и одновременно
будничное состояние духа. Вот
уже вторую неделю я веду хозяй-
ство и хожу только за обедом на
Петроградскую в школу. Я сыта.
Я обязана этим сначала больным,
потом покойникам, да будет бла-
гословенна их память. Я обязана
им этой поддержкой в самое для
меня критическое время. Мертвые
поддерживают живых. Потом - у
меня было несколько удивительно
хороших, важных, откровенных
разговоров с мамой. Они все очень
важные. Потому что единственные,
предсмертные, похожие на исповедь
и с той и с другой стороны. Эти-то
разговоры и разорвали скорбь и пе-
чаль и породили какую-то надежду
на радость, породили желанье бить-
ся за жизнь и положить все силы в
жизнь. Тут очень хорошо передает
это траурный марш Шопена.
22.
II. Сегодня похоронили
маму с Вовой на Больше-Охтинском
кладбище (Мезинская дорожка).
Могила глубокая, сухая. Могиль-
щик на руках, как детей, уложил
их в могилу. Было как-то грустно-
успокоенно. Мы с Марусей выпол-
нили свой долг - и счастливы этим.
На кладбище - солнце, синий снег,
птичьи голоса, уже веет покоем.
Еще прошли через одно испытание
- смерть самых близких людей в
тяжелейшее время. Когда нет ни
медикаментов, ни питания, когда
сердце разрывалось от муки, что
ничем нельзя было помочь и спасти.
Я странно-торжественно-спокойна.
Я очистилась через эту смерть близ-
ких от каких-то мелочей, встала над
мелочами. У Маруси - стойкость и
сила духа. У нее здесь хорошо, и я
буду приходить сюда, как в дом от-
дыха из нашей суетной, неприятной
сейчас квартиры на Петроградской.
Потом, если буду жива, решим с об-
меном комнат и съедемся. Хочется.
Глядя на фронтовые дела и весну,
начать набирать силы для новой
жизни. Конечно. Еще не смею ве-
рить. Что vita nuova возможна для
нас, слишком тяжело все время.
24. II. 42.
Всю нашу жизнь сломила и
перевернула война, она как бы
надвое разрезала нашу жизнь, на
две несращиваемые половинки:
Н. Н. Жит., бросив дом - полную
чашу, любимую работу, почетное,
заслуженное положение, спасая
детей от фашистских бомб, - уеха-
ла, бежала в Ачинск и фактически
начала жизнь сначала. Семья Шил.
в Кирове - и вся тяжесть пала на Га-
лину Дмитриевну, - а здесь брошена
прекрасная квартира, роды в пути.
Жив ли Сергей Петрович, - не знаю,
не имею от него вестей с осени, - а
перед ним была блестящая будущ-
ность в институте, - сдать диссерта-
цию, звание доцента, а потом рукой
подать до профессора. Может быть,
с этим кончено навсегда.
А наша семья? Мама и Володя
теряют все хозяйство в Мариенбур-
ге, дядя Павля - в Елизаветине. Мы
все не успеваем уехать - и пережи-
ваем ужасную фронтовую зиму.
..
В наших ЗАГСах почти не было
регистрации браков, а за свиде-
тельством о смерти простаивали по
нескольку часов, а то и два дня под-
ряд (в январе). В городе нет детей
и подростков на коньках, лыжах и
санках, не слышно детских голосов,
возни и смеха. Правда, матери возят
малышей с собой на саночках, но
они сидят безмолвными тючками,
укутанные в платки и одеяла. Бре-
дут иногда по улице бледно-синие
опухшие подростки с голодными
глазами, они едва ноги возят. Как
исключение, мне запомнился маль-
чик, который, изображая лошадь,
резво, галопом, бежал с саночками,
с ведрами за водой на Неву. Это -
один мальчик за всю зиму, а я бываю
в школе почти каждый день.
В саду Госнардома - морг. Воис-
тину - гримасы жизни. Туда свозят
бездомных, подобранных на улицах,
лестницах. Каждый день вижу ужас-
ные трупы - и ничего, - иду себе,
иногда в это время еще хлеб жую.
В феврале чуть-чуть запахло
весной - на солнце появилась капель,
синие тени от деревьев, снег сбился
в кустах комьями и проваливается
вниз, синее небо. От воздуха ста-
новишься пьяной, сонной, доброй.
Синица откуда-то вдруг появилась
и тенькала в парке Ленина, а может
быть, не синица, я не знаю.
Появилась ужасная жадность
к природе. Я впитываю, всасываю
пейзажи, которые удается захватить
по пути, странствуя по весьма буд-
ничным, тяжелым делам. Ездили
за водой на Ждановку, к стадиону
Ленина. Был тот час утра, когда уже
рассвело, но солнце еще не показа-
лось. Стоял мороз градусов на 28 -
30, над конусообразными наростами
у прорубей курился пар. А на западе,
за сеткой бледных тополевых сучьев,
угасала утомленная розовая луна на
голубино-сизом фоне неба. На вос-
токе еще не взошел день, а здесь еще
прощалась ночь. Удивительно, ново
и свежо для меня.
25.II.
Очень радостная весть о раз-
громе немцев под Старой Руссой.
Огромные трофеи.
История Петербурга. № 5 (51)/2009
предыдущая страница 71 История Петербурга №51 (2009) читать онлайн следующая страница 73 История Петербурга №51 (2009) читать онлайн Домой Выключить/включить текст