П,
ригороды
7 2
Такое же название носит одно из
произведений писателя, созданное
здесь. Здание круглого дачного до-
мика, в котором в 1878-1879 годах
жил Салтыков-Щедрин, сохраня-
лось в Лебяжьем вплоть до 1912
года, когда было разобрано из-за
ветхого состояния2.
Во времена Салтыкова-Щед-
рина Лебяжье представляло собой
местность, нельзя сказать чтоб
живописную, нельзя сказать чтоб
веселую, но зато, несомненно, ве-
селонравную. При въезде в дере-
венский поселок стоял деревянный
столб, на котором значилось: душ
24, дворов 10. На это не особенно
большое население существовало в
общей сложности три кабака, кото-
рые очень редко пустовали.
Население здесь было смешан-
ное. Большинство - чухны, меньшин-
ство - не то чтобы совсем русские,
а скорее какая-то помесь. «Чухны,
- по выражению Щедрина, - пьют
довольно, русские - много». Здесь
пролегал зимний тракт в Кронштадт,
который тоже немало способствовал
процветанию кабаков.
До Щедрина имение принад-
лежало так называемому «хозяину»
- инженеру Аммосову, человеку, не
лишенному хоть некоторых при-
кладных знаний. Владелец этот,
очевидно, имел намерение сделать
из своего имения «золотое дно».
Он положил основание господской
мызе, выстроил не особенно из-
ящный, но крепкий и вместитель-
ный дом, снабдил его службами и
скотным двором, развел парк, сад,
затеял обширный огород, устроил
мельницу, прорезал всю дачу бес-
численными канавами, вследствие
чего она получила вид шахматной
доски, и заключавшиеся между
канавами земли поднял и засеял
травой. Получал ли какие-нибудь
доходы с этого имения заботливый
хозяин-землевладелец - неизвестно,
но вероятнее всего, что не получал, а
все устраивался и устраивался. Но
особенно известно, что он истратил
на имение «многие тысячи». И не
крепостным путем истратил, а чи-
стоганом, потому что крепостной
труд каких-нибудь 24 душ даже за-
метным подспорьем не мог служить
в таком значительном предприятии.
Затем основатель усадьбы умер, и
имение начало переходить из рук в
руки, причем никто продолжитель-
ное время им не владел. Последний
владелец, от которого мыза, наконец,
перешла к писателю, тоже, как гово-
рят, потратился: усовершенствовал
парк, меблировал дом, пытался рас-
чистить некоторые канавы и проч.
Вероятно, и тут дело не обошлось
без «многих тысяч».
..
Салтыков-Щедрин выделял
четыре недостатка своего имения:
«Недостаток первый: солнце здесь
такое же скупое, как и в Петербурге.
Оба проведенных мною лета были
в этом смысле очень неудовлетво-
рительны. В прошлом году залили
дожди, в нынешнем, 27 июля, уда-
рил первый морозец.
Второй недостаток: все еще че-
ресчур много земли (всего около 160
десятин). Конечно, большинство ее
находится под лесом, но есть, к сожа-
лению, и такие участки, которые «ах,
кабы эту землю к рукам - кажется,
лопатой бы деньги загребал»!
Третий недостаток: мельница.
В нынешнем году я вынужден был
всю плотину выстроить вновь, и это
обошлось мне ровно тысячу рублей,
кроме бревен, которые были выпи-
лены из своего леса. А доход с мель-
ницы двоякий: ежели осень мокрая
и воды достаточно, то доходов «не
слишком много»; ежели осень сухая,
то в очистку приходится - нуль.
Четвертый недостаток: слиш-
ком пространен огород. Поднять его,
сделать грядки и потом несколько
раз в лето прополоть последние -
стоит одной поденщиной, не считая
постоянных мызных работников,
по малой мере двести рублей. Да
навозу пойдет целая уйма, да са-
довнику в год надо заплатить 360
рублей. А к концу лета получаются
и плоды этих затрат. Огурцы, напри-
мер, «принялись, было весело», но
вдруг сделалось «сиверко», и в тот
самый момент, когда в Петербурге
вся Сенная завалена огурцами, у вас
нет ничего. То же самое и с цветной
капустой: в августе ее всякий сто-
лоначальник в Петербурге ест, а в
Монрепо показываются в это время
только зародыши, и зреет надежда,
что в сентябре четыре-пять кочней
выйдут «вполне». Остается, стало
быть, капуста да картофель, овощи
серьезные, не боящиеся невзгод, но
слыханное ли дело съесть этого добра
на пятьсот, шестьсот рублей в год?
Одним словом, происходит нечто
в высшей степени странное. Земля,
мельница, огород - все, по-видимому,
предназначенное самою природой
для извлечения дохода - все это
оказывается не только лишним, но
и прямо убыточным.
..» Писатель
считал, что истинное пользование
«своим углом» и истинное деревен-
ское блаженство начнутся только
тогда, когда не будет ни лугов, ни
лесов, ни огородов, ни мельниц,
тогда культурный человек может
наслаждаться и отдыхать по всей
своей воле3.
Особенно широкую известность
Лебяжье приобрело с появлением
здесь в 1867 году лоцманского
селения. История возникновения
его связана не только с развитием
торговли, но и с историей Балтий-
ского флота.
В середине XIX столетия с
устройством искусственных ряже-
вых заграждений на южном крон-
штадтском рейде был затруднен
вход в Кронштадт и Петербург для
История Петербурга. № 6 (52)/2009
предыдущая страница 71 История Петербурга №52 (2009) читать онлайн следующая страница 73 История Петербурга №52 (2009) читать онлайн Домой Выключить/включить текст