П
.
етергофские юбилеи
циями явилось первым в полной
мере европеизированным явлени-
ем в русской архитектуре, которое
проложило путь к возникновению
стилевой взаимосвязи русского и
западного зодчества, предопреде-
лило органичное развитие в России
французского классицизма. При
этом французская архитектура ба-
рокко и рококо начала пользоваться
большим успехом в России в то
время, когда принципы декорати-
визма, доведенные в самой Франции
до высшей степени изощренности,
были отодвинуты там на второй
план. Изысканный тип декорации
стал, по словам современного иссле-
дователя, «раздражать тех художни-
ков и интеллектуалов, которые уже
начинали мыслить рационально и
классически: для них неприемлема
была его откровенная бесцельность,
не связанная ни с какой функци-
ей»14. В период расцвета рококо во
Франции проявлялись черты клас-
сицизма, и художественные формы
делались все строже.
Когда в 1750-х годах в Париже
с интересом и вниманием изучали
труды теоретиков архитектуры
классицизма, русская архитектура
тоже начала ориентироваться на но-
вые классицистические передовые
достижения. В 1758 году возникла
идея привлечь к созданию про-
екта здания Академии художеств
Ж. Ф. Блонделя, что было предвест-
ником краха карьеры Растрелли.
Елизаветинское барокко уходило на
взлете, не дожив до периода упадка
стиля, и одним из ярчайших его по-
явлений остался елизаветинский
Петергоф, в полной мере порож-
денный характером императрицы
Елизаветы. В конце концов, начатая
Ж. Б. Леблоном и законченная Рас-
трелли декорация водной феерии
Петергофа превратилось в органич-
ное целое, хотя и созданное двумя
мало сходными творцами.
При Елизавете Петровне взаи-
модополнение двух культурных
традиций - русской и западноев-
ропейской - носило явственный
характер. Смешение русского и
французского уклада жизни при-
обрело особую модель. Петергоф
следовал версальской моде в орга-
низации придворного быта русского
двора. Всеми силами императрица и
ее приближенные, не жалея средств,
гнались - и не всегда могли догнать -
версальскую изысканность.
Вместе с тем, в елизаветинском
строительстве во многом прослежи-
вается русское влияние. В заимство-
ванный из Франции придворный
быт вносилось множество русских
элементов. На балах, приемах и ма-
скарадах неизменно присутствовало
духовенство. Своим точным соблюде-
нием постов императрица завоевала
восхищение иерархов, ее частые
паломничества в монастыри были
скорее проникнуты духом радости,
чем умиротворения. Религиозные об-
ряды при ней превратились в своего
рода вид праздника. В антрактах
французской оперы звучали русские
песни. С придворного маскарада шли
в церковь, а оттуда - на народное
гуляние. Елизавета была хорошо
знакома с европейской школой салон-
ного танца и с элементами русской
народной музыкальной культуры.
Влияние древнерусской тра-
диции проявилась в сохранении
элементов петровского зодчества, в
московском церковном пятиглавии,
которое было вызвано не прихотью
императрицы, а мастерством зодче-
го, стремившегося постичь культуру
страны, в которой творил. Главной
отличительной особенностью ели-
заветинского Петергофа явилось
отражение в его образе новых жиз-
ненных принципов великой дочери,
свято хранившей традиции вели-
кого отца и ни в коей мере не по-
вторившей принципы его жесткого
правления Петра. Елизавета легко,
и даже по-женски хитро, приняла
на себя роль хозяйки его любимой
резиденции, главы застолий и пи-
ров. Не явив себя миру в качестве
французской королевы, она по-
творствовала распространению в
Петергофе, да и вообще в России,
любовных интриг и эротических за-
бав Версаля. На одном из ее ранних
портретов французского живописца
Луи Каравакка она изображена в
виде обнаженной Венеры. И хотя
эта Венера-девочка тиха и скромна,
она обещает в будущем стать алле-
горическим воплощениям любви,
веселости и даже распутства.
Растреллиевские дворцы, одним
из которых был Большой петергоф-
ский, составляли пространство для
этой веселости и великолепных
праздненств. Но фантастические
рокайльные интерьеры стали гран-
диозной декорацией для жизненных
и чувственных радостей, истоки
которых следовало искать в при-
дворной жизни версальского двора.
Одновременно елизаветинские
балы и куртаги, подобно петровским
ассамблеям, служили прославлению
российской государственности. И
если в истории российской импе-
ратрицы петергофская жизнь может
рассматриваться как небольшой
эпизод ее длинного и бурного цар-
ствования, то в истории Петергофа
елизаветинское правление явилось
кардинально важным этапом форми-
рования его уникального ансамбля.
1
См.: Анисимов Е. В. Галломания при русском дворе XVШ века / / Российский им-
ператорский двор и Европа. Диалоги культур / Труды ГЭ. Т. XXXVI. СПб., 2007 С. 5-9.
2
Цит. по: Скакун А. А. Французская культура XVII века и ее восприятие в России / /
Альманах кафедры философии культуры и культурологии и Центра изучения культу-
ры философского факультета Санкт-Петербургского государственного университета.
Вып. 3. СПб., 2002. С. 42.
3 См.: Виппер Б. Р Архитектура русского барокко. М., 1978. С. 50-51.
4 Грабарь И. Э. Петербургская архитектура в XVШ и XIX веках. СПб.: Лениздат,
1994. С. 70.
5 Сохранился указ Канцелярии от строений Петергофской конторе, датированный
22 апреля 1745 года «О проломке в Петергофском верхнем дворце в нижних апартамен-
тах стенки, как у обер архитектора де Растрелли на чертеже под литерою А назначено».
26 апреля Канцелярия вторично распорядилась «стенки, где быть двери, приложа все-
мерное старание и осторожность проломать и дверь без всякой оговорки».
6 РГИА. Ф. 290. Оп. I. Д. 228. Л. 4, 6.
7 Успенский А. И. Императорские дворцы. Т. II. М., 1913. С. 38.
8 Васильчиков А. А. Семейство Разумовских. Т. I. СПб., 1880. С. 13.
9 РГИА. Ф. 468. Оп. 1. Д. 54/1750. Л. 4.
10 Камер-фурьерские журналы 1695-1817: В 100 т. / Факсимильное издание 1850-х
годов. СПб., 2009. Т. 7. 1748-1578. С. 68.
11 См.: Шеманский А., Гейченко С. Историко-бытовой музей XVIII века в Петергофе.
Большой дворец. 2-е изд. М.; Л.: ОГИЗ - ИЗОГИЗ, 1931. С. 93.
12 Журналы камер-фурьерские. Церемониальный, банкетный и походный журнал
1754 г. СПб., б/г. С. 58-59.
13 Цит. по: Гущин В. А. История Петергофа и его жителей. СПб., 2001. Кн. I. С. 30.
14 Мак-Коркодейл Ч. Убранство жилого интерьера от античности до наших дней.
М., 1990. С. 140.
35
История Петербурга. № 1 (53)/2010
предыдущая страница 34 История Петербурга №53 (2010) читать онлайн следующая страница 36 История Петербурга №53 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст