наменитой Петришуле - 300 лет!
цигу; немецкое население срочно
эвакуировалось на запад. По семей-
ной легенде события развивались
так. Костю вызвали в комендатуру и
велели на следующий день к 8 часам
утра прийти на какой-то определен-
ный перекресток. Там будут еще два
инвалида: один сильный, но почти
слепой, другой слабый (Костя), но
хорошо видит, у третьего нет руки.
Им на троих дадут один фаустпа-
трон, и когда в конце улицы появят-
ся солдаты, они должны выстрелить.
А дальше - как повезет. Утром на
перекресток пришел один Костя.
Ни фаустпатрона, ни инвалидов не
было. Костя явился в комендатуру.
Его похвалили за дисциплинирован-
ность и дали два билета на пароход,
отплывавший вечером в Германию,
на запад. Костя с Олли пришли в
порт, долго стояли в толпе, медлен-
но двигавшейся к причалу. Очень
часто толпа расступалась и давала
проход различным военным частям
и санитарным машинам (вывозили
госпитали). Уже в темноте, в числе по-
следних они подошли к трапу. И тут
Костя увидел, что название парохода
не то, что указано в билете. Матросы
торопили, говорили - неважно, какое
название, места есть, но Костя взял
Олли за руку и они пошли искать
свой пароход. В отличие от большого
и красивого, от которого они отказа-
лись, их пароход оказался маленьким
и плюгавеньким, и на нем они благо-
получно прибыли во Фленсбург.
А тот, большой, забрав огромное
количество людей, отвалил от стен-
ки и через 20 минут затонул, торпе-
дированный подводной лодкой под
командованием А. И. Маринеско.
Он назывался «Вильгельм Густлов»
(Wilhelm Gustloff).
Вскоре из Фленсбурга они
перебрались в Дюссельдорф, где
Костя нашел хорошую работу, даже
смог купить маленькое пианино.
Неожиданная встреча напомнила
ему молодость, Петербург. Ребен-
ком Маша Шинская жила в «приюте
для бедных детей», и Костя, часто
там бывавший, выделял ее за абсо-
лютный слух и музыкальные спо-
собности. Он всегда ставил ее около
рояля, и она солировала. Через 35
лет их пути пересеклись в Дюс-
сельдорфе. Костя привел Машу к
себе домой, сел за пианино, и Маша
снова пела.
Лет через десять его разбил
инсульт, и дочь Альма перевезла
его с Олли к себе в пасторат; муж
Альмы был пастором в Мойланде.
После второго инсульта в 1963
году Костя скончался. За год до
него скончалась Олли.
ЛЮЦИЯ МАРИЯ
(1889-1951)
Люция обучалась в Петри-
шуле с 1898 по 1906 год. Точнее,
как сказано в ее аттестате, - в
«женской гимназии Главного не-
мецкого училища св. Петра», где
она окончила полный курс с общей
средней отметкой «4». «Отлично»
у нее было по французскому язы-
ку, словесности, Закону Божьему и
физике. В школе ее закадычными
подругами были сестры Лауптман:
Маргарита, Лора, Женни. Их брат
Павел, тоже ученик школы, был ее
вечным поклонником. Люция хоро-
шо играла на рояле, была искусной
рукодельницей, прекрасно шила.
После окончания гимназии она
училась на курсах Санкт-Петер-
бургского Общества Самаритян и в
1910 году получила удостоверение,
в котором значилось, что она, по-
сле испытания в комиссии врачей,
признана «сведущею в деле подачи
первой помощи в несчастных слу-
чаях до прибытия врача, а также в
уходе за больными».
Люция была умница, душа об-
щества, энергичная, общительная и
очень хорошенькая. В доме часто со-
биралась молодежь - друзья Люции
и ее двух братьев, было много явных
и тайных воздыхателей, сыпались
Люция Мария Герхен.
Прибл. 1910 г
Архив автора.
Публикуется впервые
Аттестат Люции Герхен
об окончании полного курса
обучения в Петришуле. 1906 г
Архив автора. Публикуется впервые
комплименты в ее адрес, но сердце
Люции - с детства! - было отдано
кузену Рейнхольду Вильденбергу.
А тот ее не замечал.
В Первую мировую войну Лю-
ция, скорее всего, работала в Пе-
трограде по медицинской части. И
никаких серьезных романов. После
переезда в 1918 году с семьей на
Эзель Люция увидела, что там для
нее нет работы, и что они с матерью
фактически стали иждивенцами
Кости и Вильденбергов. Люция
решила искать работу в Германии,
и в 1920 году она вместе с кузиной
Мелитой отправилась во Фрайбург,
где жили знакомые Мелиты.
Люция всю жизнь самозабвенно
любила Россию, русских - за их
широту, размах, гостеприимство,
даже за их «авось», любила русскую
литературу, музыку, за исключением
двух лет - 1917 и 1918 годов. На-
глядевшись на ужасы революции,
на погромы и самосуды, пережив
голод, она с радостью уехала в
Эстонию, где начала идеализиро-
вать Германию - «страну порядка и
высочайшей культуры».
Первое разочарование при-
шло во время поездки с Мелитой.
Девушки разговаривали в поезде
по-русски. Вошли два немца и
спросили их по-немецки: «Ну что,
польские макаронины, о чем это вы
болтаете?» - страна Гете, Баха, Кан-
та - и вдруг такая грубость! Позднее
История Петербурга. № 2 (54)/2010
предыдущая страница 34 История Петербурга №54 (2010) читать онлайн следующая страница 36 История Петербурга №54 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст