П
ерсонажи истории
24
назначение Камерона на министер-
ский пост. Сам он рассчитывал на
министерство финансов, но пре-
зидент предпочел отдать под его
управление военное ведомство, при-
обретавшее особое значение в связи
с назревавшей Гражданской войной.
Клей, также претендовавший на
место военного министра, был очень
раздосадован решением Линкольна,
но, в конце концов, был вынужден
согласиться на назначение послан-
ником в Санкт-Петербург. По пути в
Россию новоиспеченный дипломат
писал Линкольну, что он готов вер-
нуться на родину, если президент
подыщет ему генеральскую долж-
ность в армии.
На посту военного министра Ка-
мерон навлек на себя многочислен-
ные обвинения в некомпетентности
и коррупции. К этому добавились
расхождения с Линкольном по
политическим вопросам. Послед-
ней каплей, переполнившей чашу
терпения президента, стал годовой
отчет Камерона за 1861 год, в ко-
тором он заявил о необходимости
освобождения и даже вооружения
рабов, принадлежавших мятежни-
кам. Линкольн распорядился об
изъятии разосланных экземпляров
доклада и о публикации нового ти-
ража, из которого преждевременный
призыв к эмансипации был удален.
Почувствовав неладное, военный
министр сам намекнул, что его обя-
занности слишком обременительны
и он предпочел бы принять на себя
какую-нибудь дипломатическую
миссию5.
Заявление Клея о желании
перейти с дипломатического поста
на военную службу давало Лин-
кольну возможность относительно
благопристойно избавиться от
скомпрометировавшего себя мини-
стра. В конце 1861 года президент
поручил своему доверенному лицу
Т. Виду выяснить, как Камерон
отнесется к идее отправиться за
границу. В ходе приватной беседы
Вид сообщил министру о предпо-
лагаемой отставке Клея. В ответ
Камерон заметил, что его семья не
возражает против его отставки и с
удовольствием прокатится в Евро-
пу. Он попытался выяснить, был ли
президент готов принять решение,
но Вид не мог тогда сказать ему
ничего определенного6. Несмотря
на этот предварительный зондаж,
решение, принятое в конечном
итоге Линкольном, стало неприят-
ной неожиданностью для впавшего
в немилость министра. 11 января
1862 года, в субботу, президент
направил Камерону официальное
письмо с извещением, что исходя
из его пожеланий и собственных
представлений об «общественном
интересе» в понедельник он пред-
ставит его кандидатуру Сенату для
утверждения на пост посланника
в России7. В частном письме, по-
сланном в тот же день, Линкольн
отмечал, что намерение Клея вер-
нуться в Америку позволило ему
удовлетворить пожелание Камерона
и выражал уверенность в том, что
«при особе великого суверена, чья
личная и унаследованная дружба к
Соединенным Штатам внушила к
нему такую любовь американцев, вы
сможете оказать своей стране услуги
не менее важные, чем те, какие вы
смогли оказать на родине»8.
По свидетельству пенсильван-
ского политика А. К. МакКлюра,
послание Линкольна повергло во-
енного министра в сильнейшее вол-
нение, доведя его чуть ли не до слез.
В порыве отчаяния Камерон заявил
даже, что отставка, произведенная
в такой форме, означает для него
личное и политическое крушение9.
Хотя низвержение с политического
Олимпа поразило Камерона, ему
не оставалось ничего другого, как
поблагодарить президента за назна-
чение на «один из высших диплома-
тических постов» и заверить его, что
«как только важные и пребывавшие
в долгом небрежении личные дела
будут улажены, я приму на себя
важные обязанности по той миссии,
которую вы возложили на меня»10.
Сенату потребовалось четыре дня
напряженных дебатов, чтобы 28 голо-
сами против 14 утвердить это сомни-
тельное назначение. Таким образом,
«политический царь Пенсильвании»
был вынужден отправиться ко двору
«Царя всех русских»11. Официальное
назначение Камерона на пост послан-
ника состоялось 17 января 1862 года,
но публично об этом было объявлено
только в следующем месяце. При
этом дело было представлено так,
будто военный министр сам подал
в отставку, которая и была принята
президентом, вознаградившим его по-
четным дипломатическим постом12.
На должность секретаря миссии
Камерон пригласил другого урожен-
ца Пенсильвании, известного писа-
Бейард Тейлор
в своем «русском» костюме.
Фото 1864 г.
теля и автора популярных путевых
очерков Бейарда Тейлора. За пять
лет до того Тейлор уже побывал в
России, всерьез заинтересовался ею
и намеревался более обстоятельно
познакомиться с ее культурой.
Родители Тейлора были хорошо
знакомы с семьей Камерона13. Сам
посланник тоже был наслышан о
своем знаменитом земляке и его
путешествии в Россию, поэтому его
выбор был вполне закономерным.
26 марта 1862 года Тейлор писал
жене: «Камерон (бывший военный
министр) очень заинтересован,
чтобы я стал при нем секретарем
миссии в России и зашел так далеко,
что известил об этом президента».
При этом Камерон не скрывал, что
он не собирался надолго задержи-
ваться в Санкт-Петербурге и уже
«осенью точно вернется в Амери-
ку», пообещав Тейлору, что после
своей отставки поспособствует его
назначению на пост посланника14.
Камерон был очень настойчив, про-
извел хорошее личное впечатление
на Тейлора и добился его согласия
на свое предложение.
Незадолго до отплытия Каме-
рона в Европу комитет граждан
Гаррисберга, столицы Пенсильва-
нии, устроил ему торжественные
проводы, «не желая, чтобы вы по-
кинули страну для важной миссии в
качестве полномочного посланника
в России, не приняв изъявления
высокого уважения, с которым они
относятся к его качествам как че-
История Петербурга. № 3 (55)/2010
предыдущая страница 23 История Петербурга №55 (2010) читать онлайн следующая страница 25 История Петербурга №55 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст