П.
ерсонажи истории
28
Дом на Гагаринской улице, № 5, в бельэтаже которого в 1861-1862 гг
располагалась дипломатическая миссия США
и апартаменты американских дипломатов.
Фото автора
экипажи под гардиробы и для при-
слуги». Парадный «кортеж следо-
вал по Английской набережной,
Исаакиевской и Адмиралтейской
площадям, мимо Зимнего Дворца по
набережной, к Запасному Дворцу,
назначенному для помещения их».
А «в переди карет, ехали в коляске,
запряженной в 4-е лошади два Япон-
ских Офицера с ящиками в которых
заключалась грамота и казна»53.
2 августа на основе особого «Высо-
чайше утвержденного церемониала»
состоялся торжественный прием
японского посольства императором,
который по этому случаю прибыл
из Петергофа в Зимний дворец54.
На протяжении августа 1862 года в
Санкт-Петербурге проходили русско-
японские переговоры о разграниче-
нии на Сахалине и других спорных
проблемах, но стороны не смогли
тогда достичь взаимопонимания55.
Вслед за японским в россий-
скую столицу прибыло специ-
альное итальянское посольство во
главе с генералом Э. Ж. ди Сон-
назом56. Это была первая миссия
объединенной Италии, принятая в
Санкт-Петербурге57. «Летом 1862
года генерал Жербе де Сонназ при-
был в Петербург с известительною
грамотою о принятии Виктором-
Эммануилом титула короля Италии
и на торжественной аудиенции
5-го августа вручил ее императору
Александру. На другой же день ми-
нистр иностранных дел уведомил
циркуляром наши посольства о
восстановлении дипломатических
отношений России с Итальянским
королевством»58. 11 августа в честь
итальянского посольства в Петер-
гофе был устроен торжественный
обед59. «Завязывая новую дружбу с
объединенной Италией, император-
ский кабинет воспользовался благо-
приятным случаем, чтобы скрепить
дружественную связь, издавна
существовавшую между Россией и
Северо-Американскими Соединен-
ными Штатами», - писал в связи с
этим С. С. Татищев60. Как доклады-
вал Камерон, при российском дворе
он был «избавлен от необходимости
отстаивать наше дело», поскольку в
Санкт-Петербурге господствовало
«неизменное желание истолковы-
вать все в нашу пользу». Камерон
сообщал также, что в нарушение
дипломатического этикета он пер-
вым нанес визит посланнику единой
Италии, чтобы подчеркнуть друже-
ственное отношение США к новому
королевству, недавно появившемуся
на карте Европы61.
Незадолго до того он направил
послание госсекретарю, в котором
еще более настойчиво, чем раньше,
потребовал предоставления ему от-
пуска для возвращения на родину. В
дополнение к прежним причинам
для этого появились другие, более
настоятельные, писал Камерон.
«Климат С.-Петербурга оказался
настолько неблагоприятным для
здоровья моей жены, что ее состоя-
ние внушает мне серьезные опасе-
ния, а с каждым днем приближается
более суровое и холодное время
года. Мое собственное здоровье
также страдает из-за того же, хотя я
не стал бы настаивать на этой при-
чине, если бы существовала какая-
либо настоятельная необходимость
моего присутствия при этом дворе».
Камерон намеревался оставаться в
Санкт-Петербурге до тех пор, пока
приближение зимы не вынудит его
покинуть северную столицу «ради
моей семьи». Он был готов уехать,
даже не дожидаясь разрешения
президента, оставив миссию на
Тейлора, которого Камерон характе-
ризовал наилучшим образом. Даже
если бы климат Санкт-Петербурга
не был бы столь неблагоприятным
для его семьи, продолжал послан-
ник, он считал своим долгом как
можно скорее вернуться на родину,
переживавшую критический мо-
мент, и «поддержать Союз в этот
час испытаний всеми средствами,
предоставленными мне опытом
моей жизни». Камерон отмечал так-
же неблагоприятное впечатление от
неудачного для федерального пра-
вительства хода военных действий,
которое проявилось в ходе беседы
с Горчаковым62. Этот тонкий намек
служил своеобразным оправданием
для бывшего военного министра,
одной из причин смещения которого
с этого поста были обвинения в не-
компетентности.
Тейлор писал в эти дни одному
из своих литературных знакомых:
«Ген. Камерон, как вы можете себе
представить, очень обеспокоен и
удручен. Помимо того, его здоровье
не в лучшем состоянии: здешний
климат трудно переносим и он
ничего не желает так сильно, как
вернуться». Камерон, сообщал се-
кретарь миссии, собирался уехать
через четыре-пять недель и быть
дома в ноябре. «Ген. имеет все осно-
вания быть довольным оказанным
ему приемом, но он не может остать-
ся. Вся его семья чувствует себя
нехорошо и не в своей тарелке»63.
В другом его письме, адресованном
вице-президенту США, отмечалось:
«Здоровье ген. Камерона, как и его
семьи, очень плохо, и он будет вы-
нужден вскоре вернуться хотя бы
по одной этой причине». Тейлор
полагал, что по возвращении Ка-
мерон мог бы с пользой послужить
История Петербурга. № 3 (55)/2010
предыдущая страница 27 История Петербурга №55 (2010) читать онлайн следующая страница 29 История Петербурга №55 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст