еизвестное об известном
И началась переписка. Тем для
обсуждения было очень много. Мы
писали о политике, вере, Боге, рели-
гии, музыке, образовании, жизни в
США и в бывшем СССР, так как в
декабре 1991 года СССР перестал су-
ществовать и одновременно на терри-
тории бывшего Союза возникло Со-
дружество Независимых Государств.
Мы писали друг другу очень длинные
письма. То были добрые, искренние
письма. Джимми присылал мне аме-
риканские газеты, карты, статьи, ко-
торые я могла использовать на уроках
английского языка в школе, особенно
при подготовке к выпускным экзаме-
нам. В своих письмах он рассуждал
о политической обстановке в США,
а я изучала лексику и достаточно
смело рассказывала о политической
ситуации в СССР—СНГ, о политике
М. С. Горбачева, Б. Н. Ельцина и
других.
СЕНТЯБРЬ 1991 ГОДА.
Через месяц после того, как я
получила от моего нового друга
первое письмо, в конце сентября
1991 года он сообщил мне, что его
перевели в тюрьму другого штата,
о чем он, уроженец Калифорнии,
любивший этот цветущий штат всей
душой, очень беспокоился. По его
словам, в Калифорнии, а именно
в Ломпоке, цветочном центре Ка-
лифорнии и первом месте его тю-
ремного заключения, много цветов.
Их благоухание наполняло воздух,
и аромат доходил до стен тюрьмы.
Долина Ломпок окружена холмами
и цветочными полями и покрыта
цветами от поздней весны до сере-
дины лета каждый год и является
одним из основных производите-
лей цветочных семян. Но теперь
мой необычный друг по переписке
находился в федеральной тюрьме
города Феникса (Phoenix), штата
Аризона, в которой отбывали срок
люди со всего мира. Вместе с Джим-
ми в тюремной камере находился
мужчина из Колумбии, в прошлом
школьный учитель, в тюрьме обу-
чавший заключенных, для которых
родным был испанский, английско-
му языку. Также вместе с Джимми
отбывал свой срок молодой человек
из Польши, который 17 лет учил
русский язык и помогал Джимми в
его изучении.
ОКТЯБРЬ 1991 ГОДА.
Получила длинное письмо, бо-
лее десяти страниц. К письму был
приложен журнал о Калифорнии,
чтобы прочитав его, я смогла по-
лучить более полное представление
об этом штате, так горячо любимом
моим новым другом. В письме он с
любовью писал об истории США,
о первых американских президен-
тах, об обретении независимости,
прислал мне Декларацию незави-
симости США и Билль о правах,
первые десять поправок к Консти-
туции США, которые закрепляют
основные права и свободы человека
и гражданина. Окончив школу
в Выборге и поступив в Санкт-
Петербургский государственный
университет на филологический
факультет, я использовала эти
материалы на языковых занятиях,
на которых мы изучали историю
Соединенных Штатов Америки и
юридическую лексику английского
языка. Когда мой американский
друг учился в университете, од-
ним из его любимых предметов
была история Америки. Поэтому
в своих письмах он находил сход-
ство социальных, экономических
и политических преобразований,
которые имели место в нашей
стране, с теми преобразованиями,
которые испытали Соединенные
Штаты Америки несколько сотен
лет назад. Мой друг интересовался
политической и экономической об-
становкой в только что распавшемся
СССР, на многое имел свою точку
зрения, анализировал и сравнивал
процесс создания конституций в
наших странах, смело высказывал
свое мнение, настойчиво советовал
мне, школьнице старших классов,
изучить в оригинале Статьи Кон-
федерации и вечного союза, первого
конституционного документа США,
проанализировать и поразмышлять
на эту тему. Мой друг находил много
общего в процессах становления
демократии в наших странах и был
беспредельно рад тому, что являлся
свидетелем многих исторических
событий, происходивших в то время
в мире, а также тому, что, находясь в
тюрьме, он имел свободный доступ
ко многим источникам информации:
книгам, журналам, газетам, всемир-
ной сети Интернет. А у нас в то вре-
мя были только печатные средства
информации в общем пользовании
и не было свободного доступа к ком-
пьютерным сетям. Мой друг писал:
«Хотя мое тело заключено в тюрьму,
мой ум и душа свободны. Я могу
свободно мыслить». В письме, по-
лученном мною в октябре 1991 года,
Джимми впервые рассказал мне о
своей жизни, в какой семье вырос,
где учился, работал, почему и за что
был осужден. Главное, по его словам,
было то, что не важно по какой при-
чине он начал грабить банки и стал
преступником, этого делать было
нельзя, нельзя было нарушать закон.
Единственное, что его успокаивало:
в тех вооруженных ограблениях не
было никакого насилия, ни один
человек не пострадал. В том письме
мой друг на правах старшего товари-
ща очень тонко определил степень
доверительности наших отношений.
Составляя свои первые письма на
иностранном языке, я беспокоилась,
что не владея достаточно хорошо ан-
глийским, я могу каким-то образом
прямо или косвенно обидеть моего
друга в силу того, что мы имели
разный уклад жизни и были вос-
питаны в разных культурных усло-
виях. Но Джимми опередил меня.
Будто прочитав мои мысли, он сам
своими письмами привнес большое
доверие в наши отношения, что, по
моему мнению, было очень важно
и определяло высокую степень на-
шей с ним дружбы. В своем письме
он писал: «Несмотря на то, что мы
являемся представителями разных
культур, имеем разницу в образова-
нии, возрасте, несмотря на то, что
нас разделяют тысячи километров,
если я чем-либо случайно обижу
тебя, во-первых, прости меня, я это
сделал ненамеренно; во-вторых,
обязательно скажи мне об этом,
чтобы впредь я не повторил своей
ошибки. А меня совсем невозмож-
79
История Петербурга. № 3 (55)/2010
предыдущая страница 78 История Петербурга №55 (2010) читать онлайн следующая страница 80 История Петербурга №55 (2010) читать онлайн Домой Выключить/включить текст