П
,
утешествие по городу
42
громоздились торосы острых льдин,
в их режущих тисках трещали суда.
После капитуляции Выборга Петр I
записал: «Июня в 8 день 1712 года за-
ложили каменную церковь в Санкт-
Петербургской крепости»8.
Итак, 1712 год. Самим царем
был положен первый камень в осно-
вание каменного Петропавловского
собора.
Доменико Трезини проникся
грандиозными петровскими замыс-
лами, потому, вероятно, внешний
облик собора виделся ему как силу-
эт корабля, несущегося на поднятых
парусах.
С 1714 года после морской по-
беды России под Гангутом вступил
в силу царский указ, запрещавший
«во всем государстве.
.. всякое ка-
менное строение, какого бы имени
ни было, под разорением всего
имения и ссылкою», пока стольный
град Санкт-Петербург «не удоволь-
ствуется строением». Вся Россия
напрягалась, чтобы возвести город
и собор.
Петропавловский собор стано-
вился всероссийской стройкой.
В общей панораме города Петр
выделял колокольню собора, он ее
мыслил как городской ориентир,
«городскую башню». И очень спе-
шил с ее строительством: «Башню,
которая в городе, как можно скорее
отделать». После Гангутской победы
он еще решительнее требовал ее воз-
ведения: «Колокольню, которая в
городе, делать, а церковные от фун-
дамента вести стены помалу»9.
Это единственный в мировом
зодчестве случай, когда не коло-
кольня пристраивалась к собору, а,
наоборот, собор - к колокольне.
Ей Петр I придавал особое зна-
чение. Обозреваемая со всех концов
города, а также с водных просторов,
соперничавшая и превосходившая
по высоте все постройки Древней
Руси, Петропавловская колоколь-
ня превращалась в символ нового
города.
А вокруг маленького остров-
ка с недостроенным собором и
поднимавшейся колокольней по-
прежнему шла война.
«Я к миру всегда был склонен, -
говорил Петр I, - но того неприятель
слышать не хотел».
И в другом месте: «Жалко, что
брат мой Карл, пролив много крови
человеческой, льет ныне и собствен-
ную кровь для одной мечты быть
властелином чужих царств. Но ког-
да рассудительно не хочет владеть
своим королевством, то может ли
повелевать другими»10.
Победа, одержанная россий-
ским галерным флотом в 1720 году
возле острова Гренгам, решила ис-
ход Северной войны. 3 августа 1721
года в финском городе Ништадт был
подписан мир со Швецией, по кото-
рому прибалтийские и приневские
земли снова возвращались России.
Петропавловская обелископо-
добная колокольня - маяк порта
и наблюдательная вышка крепос-
ти - явилась достойным памятни-
ком этого исторического события.
На запруженной людом пло-
щади возле Петропавловской кре-
пости, над которой победоносно
высилась колокольня, Петр сказал:
«Здравствуйте и благодарите Бога,
православные, что толикую долго-
временную войну всесильный Бог
прекратил и даровал нам со Швеци-
ей счастливый, вечный мир».
Он зачерпнул ковшом вина и
выпил за здравие народа русского.
Площадь огласилась громовым
«Ура!». Со стен крепости грянул
салют»11.
Теперь настал черед покрывать
шпиль медными вызолоченными
пластинами. На позолоту «шпица
употреблено 3 тысячи 300 золотых
червонных»12. Далеко распространя-
лось золотое сияние славы первого
кафедрального собора, создавая впе-
чатление светящегося ореола вокруг
столицы Российской империи.
Но неугомонный Трезини уже
добивался, чтобы «делать из ли-
стовой меди ангела летающего».
Собственноручно выполнил рису-
нок ангела, высоко парившего над
храмом и осенявшего город своим
крестом.
Установкой на шпиле ангела
завершилось возведение колоколь-
ни - любимого детища российского
императора. Но его самого уже не
было в живых.
После смерти Петра собор про-
должал достраиваться, и в 1733 году
императрица Анна Иоанновна изъ-
явила желание освятить его в день
апостолов Петра и Павла. Синод
разработал по этому случаю особо
торжественный церемониал.
Так панорама Петербурга пер-
вых десятилетий его жизни обогати-
лась одним из самых значительных
сооружений.
Почти четверть века Петро-
павловский собор радовал своей
величавой красотой.
Но в 1756 году апрельской
ночью в Петербурге разразилась
сильная гроза. От молнии вспыхнул
шпиль. Сгорели все деревянные
части, от огня расплавились часы,
упали колокола.
После пожара собор с обуглив-
шимися стропилами и покорежен-
ными кровельными листами стал
напоминать потерпевший крушение
гигантский корабль.
Перекрытие собора закончили
через год. Но к восстановлению
колокольни приступили только
после объявления в 1760 году кон-
курса на лучший проект, ибо и при
восстановлении собора наиболее
ответственной частью являлась его
колокольня.
В конкурсе приняли участие
крупнейшие зодчие того времени -
С. Чевакинский, А. Ринальди,
Ю. Фельтен и др. Торжественные
формы отстроенного по их проектам
Петропавловского храма прекрасно
вписались бы в новый облик север-
ной Пальмиры.
Однако первоначальный образ
собора, создававшийся одновремен-
но с победами Северной войны, -
суровый и в то же время дерзно-
венный своей высотой, блеском
позолоты, триумфальным решением
восточного фасада, - этот образ со-
бора Петровской эпохи в проектах,
предложенных архитекторами сере-
дины XVIII столетия, исчез13.
Для общественного сознания
той эпохи это было неприемлемо.
И представленные на конкурс про-
екты вместе со старыми чертежами
собора и его обмерами подали на
рассмотрение императрице. Екате-
рина II вывела на них в августе 1766
года резолюцию: «Делать оную (ко-
локольню собора) точно так, какова
прежняя была.
..»
Создали специальное учрежде-
ние «Строение Петропавловского
шпица», непосредственно подчи-
нявшееся Сенату, что говорило об
исключительном значении, которое
отводилось восстановлению коло-
кольни.
Шпиль, как и прежде, со-
ставил предмет главных забот.
Конструктивной основой сгорев-
шего шпиля было дерево, которое
хорошо поддавалось изгибу. Это
позволило сделать шпиль в виде
История Петербурга. № 2 (60)/2011
предыдущая страница 41 История Петербурга №60 (2011) читать онлайн следующая страница 43 История Петербурга №60 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст