локада Ленинграда
88
2-ХП приходил Воскресенский.
Вид у него хороший, но посерел и
потускнел - ходячая мрачность, да
и есть от чего. Жаль было быстро
расставаться, но в два часа я поехал в
ЦНИИАиГ (Центральный научно-
исследовательский институт аку-
шерства и гинекологии) читать
лекцию врачам эвакогоспиталей.
Грустную картину представляет
собой этот великолепнейший меди-
цинский институт: все захламлено,
переставлено, заплевано и прокуре-
но. Забавное зрелище представляет
собой библиотека института, где в
поисках тепла я приютился до лек-
ции, коротая время за газетой «На
страже Родины». В великолепной
комнате сидело человек шесть. Я
был среди них младшим: средний
возраст моих соседей был никак не
меньше 65. Эти люди вопреки всему
и вся рылись в каких-то толстых
монографиях и журналах, выиски-
вая какие-то статьи и справки. Впо-
следствии оказалось, что это вышед-
шие за старостью лет в тираж врачи,
доживавшие свой век в качестве
референтов. Дело открылось так:
кто-то из них узнал, что я состою
в профессорском звании, и быстро,
несмотря на преклонный возраст,
сориентировался, предлагая свои
услуги. Дешевка - есть нечего, за-
чем им только деньги, когда на них
ничего не купишь.
Удивительная была лекция:
пять каких-то серых женских фигур
жались друг к другу, как лошади в
табуне во время вьюги. Поблизости
где-то громко хлопали зенитки, из-
редка издалека доносились глухие
взрывы, должно быть немецких
фугасных бомб. Я делал вид, что
очень интересуюсь чтением лекции
и что обстановка чарующая. При-
шел какой-то начальник и объявил
мне, что если я тороплюсь, я могу
начинать лекцию. Он, однако, про-
сил подождать минут 10-20, чтобы
дождаться опаздывающих и чтобы
послать гонца по отделениям ин-
ститута за местными ординаторами
их эвакогоспиталя. Нехотя я со-
гласился. Началась лекция, было
человек семь, кончилась - набра-
лось человек 15. Было все скучно и
нудно. Никому не было интересно,
ни слушателям, ни лектору. Кому
нужны эти лекции, до сих пор
понять не могу. Возвращался до-
мой, полдороги пройдя пешком
и полдороги проехав в трамвае.
Н. Н. Самарин. г Киров (Вятка)
Военно-морская медицинская
академия.
1943 г.
Влезал в вагон как полагается лек-
тору - со свертком таблиц - и как
надлежит гражданину Ленинграда - с
противогазом через плечо - для
беспрепятственного передвижения
по городу человеку, имеющему
на это специальный пропуск для
хождения по улицам во время ВТ
(воздушной тревоги). В трамвае
была невероятная давка, какой-то
туберкулезный интеллигент (он
успел потом рассказать мне чуть ли
не всю свою жизнь), возвращался
домой из Лесного на В.О., смог во-
рваться в трамвай только против
университета. Продвигаясь по трам-
ваю с потоком других пассажиров
на коротком расстоянии среднего
прохода в трамвае, он ухитрился по-
терять две галоши: одна была вскоре
найдена и возвращена владельцу,
а другая не давалась. Так как со
мной недавно был почти такой же
случай, с той только разницей, что
я утратил одну галошу, я быстро
понял его горе и посочувствовал
ему. Я посоветовал крикнуть на весь
трамвай, чтобы ему вернули вторую
галошу. Он мне ответил, что болеет
всю жизнь ревматизмом, а послед-
ние пять лет туберкулезом легких,
кричать никак не может, а с одной
галошей непременно скоро умрет,
так как быстро промочит ноги и сля-
жет. Я предложил ему свои услуги
глашатая и заорал, как только мог:
«Давайте вторую галошу!» Галоша
была найдена. После спасения его
от неминуемой смерти, мы на пять
минут подружились, и за добро он
отплатил мне добром. Давно уже я
не помню, чтобы меня так ругали
множество людей, как ругали в этот
вечер в трамвае. Мой внушительный
объем из-за пальто на меху, гипер-
трофированный противогазом на
боку и нелепым свертком в руках,
вызывал всеобщее возмущение. Я
хотел вылезти из трамвая, но не
тут-то было. В этот же момент мой
новоявленный друг взял меня под
защиту, объясняя литературным
языком в пламенной речи, произ-
несенной чуть слышным голосом,
всю нелепость поведения озверелых
пассажиров.
По возвращении домой я уви-
дел мою дорогую супругу, которая
предоставила мне в мое пользование
больничный обед, получаемый вза-
мен карточки 1-й категории. Много
ли надо, чтобы обрадовать человека.
Начальство снизошло к моим вели-
ким заслугам перед здравоохране-
нием и дало это разрешение вопреки
всему и вся. Доброжелателем был
милейший Игнатий Федорович
Земницкий.
Двое раненых в брюшную по-
лость, оперированных Колесовым,
в воскресенье 30-го, умерли 1-ХІІ.
Колесов, попав в брюшную полость,
кончит вмешательство не раньше
как через полтора-два часа. Никак
не может понять, что нельзя трав-
мировать этих тяжелых раненых в
течение столь долгого срока. Этого
люди не выносят.
На эту тему говорили 3-ХІІ на
утренней конференции. Решили
упрощать технику (одноэтажный
шов пришивания кишок). Посмо-
трим, что из этого выйдет. Кроме
того, наметили ряд других мер.
4-ХІІ был на конференции
хирургов Ленинградского фронта
(2-й и последний день). Доклады-
вали: какой-то Гельштейн - тера-
певт - «О химиотерапии», затем
я - «О лечении ран стрептоци-
дом». Третьим выступал профессор-
инфекционист - «О столбняке»,
четвертым Н. Н. Петров - «Об
анаэробной инфекции» и последним
Оскар Левин. Заседание происходи-
ло в бомбоубежище Центрального
красноармейского военного госпи-
таля. Председательствовал П. А. Ку-
приянов. К 10 часам утра собралось
человек 40. Тридцать пять из них
были наши курсанты, пришедшие
по приказу. Вскоре подошел Петров.
Вид замечательный: похудел, лицо
сморщилось, появилось много мор-
История Петербурга. № 2 (60)/2011
предыдущая страница 87 История Петербурга №60 (2011) читать онлайн следующая страница 89 История Петербурга №60 (2011) читать онлайн Домой Выключить/включить текст